• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
19.04.2019

Законопроектом "О внесении изменения в статью 217 части второй Налогового кодекса Российской Федерации" предлагается установить, что суммы материальной помощи, не превышающие 4 000 рублей в год, выплачиваемые организацией, осуществляющей образовательную деятельность по основным профессиональным образовательным программам, студентам, аспирантам, адъюнктам, ординаторам и ассистентам-стажерам освобождаются от налогообложения.

08.04.2019

Законопроект "О жилищных субсидиях многодетным семьямнаправлен на улучшение демографической структуры современного российского общества и социально-экономического состояния государства. Кроме того, его принятие будет способствовать развитию сельской местности на территории России, что является немаловажным моментом на фоне сегодняшней урбанизации, то есть процесса роста городов, в связи с чем повышения удельного веса городского населения, возрастания роли городов во всех сферах жизни общества и преобладание городского образа жизни над сельским на всей территории страны.

30.03.2019

Законопроект направлен на установление новеллы, которая позволит обеспечить и защитить права и интересы вкладчиков, оказавшихся жертвами недобросовестных кредитных организаций, которые не включили указанных вкладчиков - физических лиц в реестр вкладчиков по различным причинам. Десятки тысяч добросовестных граждан нашей страны, лишившихся зачастую последних средств к существованию, будут иметь дополнительные гарантии защиты своих прав и могут быть уверены, что государство защитит их интересы и сбережения.

Все статьи > Ограничения конституционных прав лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (Чаннов С.Е.)

Ограничения конституционных прав лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (Чаннов С.Е.)

Дата размещения статьи: 07.07.2016

Ограничения конституционных прав лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (Чаннов С.Е.)

Государственная должность - это ключевое понятие для всей системы государственного управления. Федеральный закон "О государственной гражданской службе Российской Федерации" от 27 июля 2004 г. определяет, что к государственным должностям Российской Федерации и государственным должностям субъектов Российской Федерации относятся должности, устанавливаемые Конституцией Российской Федерации, федеральными законами для непосредственного исполнения полномочий федеральных государственных органов, и должности, устанавливаемые конституциями (уставами), законами субъектов Российской Федерации для непосредственного исполнения полномочий государственных органов субъектов Российской Федерации.
Таким образом, государственные должности - это политические и (или) высшие административные должности. В соответствии с ч. 2 ст. 1 Федерального закона "О системе государственной службы Российской Федерации" все они не относятся к государственной службе, то есть занимающие их лица не имеют статуса государственных служащих.
Все государственные должности подразделяются на государственные должности Российской Федерации и государственные должности субъектов Российской Федерации.
Государственные должности субъектов Российской Федерации характеризуются следующими основными признаками:
- они учреждаются нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации (как правило, специальными законами);
- в отличие от должностей государственной службы они предназначены не для обеспечения исполнения полномочий государственных органов, а для непосредственного исполнения полномочий государственных органов субъектов Российской Федерации либо субъекта Российской Федерации в целом;
- правовой статус лиц, замещающих государственные должности субъектов РФ, устанавливается нормами конституционного и административного права. В некоторых случаях на них может распространяться трудовое законодательство;
- оплата труда лиц, замещающих государственные должности субъектов РФ, производится за счет средств субъектов РФ;
- лицо, замещающее государственную должность, несет особую ответственность за качество исполнения возложенных на него полномочий в соответствии с законодательством.
В соответствии с ч. 2 ст. 2.1 Федерального закона "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" <1> на лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации, за исключением мировых судей, распространяются ограничения, установленные Федеральным законом от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции" <2> и другими федеральными законами.
--------------------------------
<1> Федеральный закон от 06.10.1999 N 184-ФЗ (ред. от 04.11.2014) "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. 1999. N 42. Ст. 5005.
<2> Федеральный закон от 25.12.2008 N 273-ФЗ (ред. от 28.12.2013) "О противодействии коррупции" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2008. N 52 (ч. 1). Ст. 6228.

Что касается Федерального закона "О противодействии коррупции", то в нем имеется ст. 12.1, которая содержит ограничения и обязанности, налагаемые на лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, государственные должности субъектов Российской Федерации, муниципальные должности. Данная статья, в частности, устанавливает, что лица, замещающие государственные должности субъектов Российской Федерации и осуществляющие свои полномочия на постоянной основе, не вправе: замещать другие должности в органах государственной власти и органах местного самоуправления; заниматься предпринимательской деятельностью лично или через доверенных лиц, участвовать в управлении хозяйствующими субъектами независимо от их организационно-правовых форм; заниматься другой оплачиваемой деятельностью, кроме преподавательской, научной и иной творческой деятельности; быть поверенными или иными представителями по делам третьих лиц в органах государственной власти и органах местного самоуправления, если иное не предусмотрено федеральными законами; использовать в неслужебных целях информацию, средства материально-технического, финансового и информационного обеспечения, предназначенные только для служебной деятельности; и т.д.
Несложно заметить, что данные ограничения очень схожи с установленными ст. 17 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации" запретами для гражданских служащих, распространяющимися, кстати, и на государственных служащих других видов службы. Само по себе это видится вполне обоснованным, учитывая очевидную взаимосвязь государственной службы и службы на государственных должностях. В то же время вызывает удивление: почему в одном законодательном акте эти положения именуются запретами, а в другом - ограничениями. Учитывая, что тот же Закон о гражданской службе содержит, помимо запретов, и ограничения, установленные для гражданских служащих, создается впечатление, что законодатель в данном случае несколько запутался во введенной им самим терминологии.
Как результат, подобное смешение нередко имеет место и в законодательстве субъектов Российской Федерации.
В настоящее время в большинстве субъектов Российской Федерации приняты специальные законы, регулирующие статус лиц, замещающих государственные должности в этих субъектах. В качестве примера здесь можно привести: Закон города Москвы "О государственных должностях города Москвы" <3>, Закон Московской области "О государственных должностях Московской области" <4>, Закон Ленинградской области "О государственных должностях Ленинградской области" <5>, Закон Астраханской области "О государственных должностях Астраханской области" <6>, Закон Новосибирской области "О правовом статусе лиц, замещающих государственные должности Новосибирской области" <7>, Закон Саратовской области от 30.03.2007 "О государственных должностях Саратовской области" <8> и другие.
--------------------------------
<3> Закон г. Москвы "О государственных должностях города Москвы" от 15 июля 2005 года N 43 // Вестник Мэра и Правительства Москвы. 2005. N 44.
<4> Закон Московской области "О государственных должностях Московской области" от 14 марта 1997 года N 16/97-ОЗ // Вестник Московской областной Думы. 1997. N 5.
<5> Закон Ленинградской области "О государственных должностях Ленинградской области" от 16 декабря 2005 г. N 117-оз // Вестник Законодательного собрания Ленинградской области. 2006. Вып. 19.
<6> Закон Астраханской области "О государственных должностях Астраханской области" от 15.11.2006 N 79/2006-ОЗ "О государственных должностях Астраханской области" // Сборник законов и нормативных правовых актов Астраханской области. 2006. N 53.
<7> Закон Новосибирской области от 11.05.2000 N 95-ОЗ (ред. от 24.11.2014) "О правовом статусе лиц, замещающих государственные должности Новосибирской области": принят Новосибирским областным Советом депутатов 27.04.2000 // Ведомости Новосибирского областного Совета депутатов. 2000. N 19.
<8> Закон Саратовской области от 30.03.2007 N 51-ЗСО "О государственных должностях Саратовской области" // Саратовская областная газета. 2007. N 57 (1831).

Указанные Законы, как правило, закрепляют и различные ограничения прав граждан, замещающих указанные должности, а также устанавливают в отношении их некоторые запреты.
Так, например, Закон Саратовской области "О государственных должностях Саратовской области" содержит лишь одну статью 8.1 "Ограничения для лиц, замещающих государственные должности Саратовской области", посвященную указанным ограничениям и касающуюся открытия ими счетов (вкладов), хранения наличных денежных средств и ценностей в иностранных банках, расположенных за пределами территории Российской Федерации, владения и (или) пользования иностранными финансовыми инструментами, причем по тексту самой статьи это ограничение именуется запретом.
В других же субъектах Российской Федерации (например, в г. Москве, Ленинградской области, Камчатском крае и т.д.), не мудрствуя лукаво, решили вообще не фиксировать в своих законах какие-либо ограничения и запреты для лиц, замещающих государственные должности, сделав вместо этого отсылку по поводу их распространения к федеральному законодательству.
А вот, например, в Тверской области ст. 4-5 Закона Тверской области "О статусе и социальных гарантиях лиц, замещающих государственные должности" устанавливает и запреты, и ограничения, связанные с замещением государственной должности в Тверской области, не указывая, однако, какие из приведенных в ней требований относятся к ограничениям, а какие - к запретам. Сами же эти требования разведены на две группы:
- ограничивающие права лиц, замещающих государственные должности (ч. 2). Сюда относятся, например, запреты замещать другие должности в органах власти, заниматься предпринимательской деятельностью, заниматься другой оплачиваемой деятельностью и т.п.;
- устанавливающие ограничения на замещение этих государственных должностей при наличии определенных обстоятельств (ч. 3). Поскольку далее речь пойдет о законности подобного регулирования, представляется необходимым привести их полный перечень. Таковыми, в соответствии с Законом Тверской области "О статусе и социальных гарантиях лиц, замещающих государственные должности", являются:
1) признание лица недееспособным или ограниченно дееспособным решением суда, вступившим в законную силу;
2) осуждение его к наказанию, исключающему возможность исполнения должностных обязанностей по государственной должности, по приговору суда, вступившему в законную силу, а также в случае наличия не снятой или не погашенной в установленном федеральным законом порядке судимости;
3) отказ от прохождения процедуры оформления допуска к сведениям, составляющим государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну, если исполнение должностных обязанностей по государственной должности, на замещение которой претендует гражданин, связано с использованием таких сведений;
4) наличие заболевания, препятствующего замещению государственной должности и подтвержденного заключением медицинской организации. Порядок прохождения диспансеризации, перечень таких заболеваний и форма заключения медицинской организации устанавливаются законодательством;
5) близкое родство или свойство (родители, супруги, дети, братья, сестры, а также братья, сестры, родители, дети супругов и супруги детей) с лицами, замещающими государственные должности, если замещение государственной должности связано с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому;
6) выход из гражданства Российской Федерации или приобретение гражданства другого государства;
7) наличие гражданства другого государства (других государств), если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;
8) представление подложных документов или заведомо ложных сведений при замещении государственной должности;
9) непредставление установленных Законом Тверской области сведений или представление заведомо недостоверных и неполных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера.
Что касается первой группы, то в ней воспроизведены те же ограничения, что и в ст. 12.1 Федерального закона "О противодействии коррупции", поэтому законность их введения не вызывает вопросов (хотя их и вызывает целесообразность такого дублирования). А вот что касается второй, то приведенные в ней обстоятельства, препятствующие замещению государственных должностей Тверской области, в федеральном законодательстве в целостном виде применительно к лицам, замещающим государственные должности, отсутствуют <9>. В связи с этим может возникнуть вопрос: не вступает ли подобное правотворчество субъектов Российской Федерации в противоречие с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, согласно которой права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства? Ведь приведенные положения Закона Тверской области фактически ограничивают конституционное право граждан Российской Федерации на участие в управлении делами государства (ч. 1 ст. 32 Конституции Российской Федерации).
--------------------------------
<9> Точнее, они установлены в отношении государственных служащих, а также - частично - в отношении отдельных категорий лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации (мировых судей, депутатов законодательных органов власти и др.).

Ответ на этот вопрос тем более важен, что подобные положения можно встретить и в других законах субъектов Российской Федерации, регулирующих правовой статус лиц, замещающих государственные должности. Например, в Законе Московской области "О государственных должностях Московской области" они приведены в ст. 7 и называются (на наш взгляд, более правильно) "обстоятельства, препятствующие лицам замещать государственные должности Московской области" <10>.
--------------------------------
<10> Перечень таких обстоятельств не вполне совпадает с приведенным выше применительно к лицам, замещающим государственные должности Тверской области, однако, в принципе, строится на тех же подходах.

Здесь надо отметить, что обстоятельства, препятствующие лицам замещать государственные должности субъектов Российской Федерации, по своей природе неоднородны и могут выступать как ограничения конституционного права на участие в управлении делами государства, а могут - как условия реализации этого права.
Условия реализации права - это те фактические обстоятельства, с которыми законодатель связывает возможность осуществления этого права. Принципиальное отличие условий реализации права от его ограничений заключается в том, что ограничения вводятся для достижения конституционно значимых целей, предусмотренных ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, то есть в конечном счете для защиты интересов третьих лиц. Они действительно ограничивают конкретное конституционное право, устанавливая пределы его реализации в связи с необходимостью соблюдения баланса интересов различных субъектов.
Условия же реализации какого-либо права (в том числе и права на участие в управлении делами государства) - это те его естественные пределы, при выходе за которые право вообще не может быть реализовано надлежащим образом.
Например, необходимым условием реализации любого права является наличие у лица соответствующей правоспособности и дееспособности. Поэтому признание лица недееспособным (несмотря на то что в данном случае речь идет о гражданской дееспособности) в принципе может рассматриваться в качестве условия реализации конституционного права на участие в управлении делами государства (и на замещение государственной должности субъекта Российской Федерации, в частности). Аналогично и утрата гражданства Российской Федерации не должна рассматриваться в качестве ограничения права на участие в управлении делами государства, поскольку в данном случае указанное право не ограничивается (Конституция Российской Федерации закрепляет его за гражданами Российской Федерации, иностранцы и апатриды его вовсе не имеют). Следовательно, наличие гражданства следует рассматривать как необходимое условие реализации данного конституционного права, факт же выхода из гражданства Российской Федерации - как выход за его пределы.
Иное дело - такие обстоятельства, как: наличие заболевания, препятствующего замещению государственной должности; наличие неснятой и непогашенной судимости; факт близкого родства или свойства с лицами, замещающими государственные должности, если замещение государственной должности связано с непосредственной подчиненностью или подконтрольностью одного из них другому; и другие, приводимые в некоторых законах субъектов Российской Федерации о государственных должностях, - они, вполне очевидно, направлены на достижение целей, указанных в ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, но реализация конституционного права на участие в управлении делами государства принципиально возможна и при их возникновении. Следовательно, по своей природе они должны рассматриваться как ограничения рассматриваемого права.
Само по себе установление ограничений конституционных прав граждан законодательством субъектов Российской Федерации является, как мы отмечаем выше, недопустимым. Однако при рассмотрении данного вопроса следует учесть, что законодатель в ст. 12.5 Федерального закона "О противодействии коррупции" наделил субъекты Российской Федерации правом принимать законы, устанавливающие иные, помимо предусмотренных федеральным законодательством, запреты, ограничения, обязательства и правила служебного поведения в отношении лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации.
Тем самым ограничение конституционного права на участие в управлении делами государства, устанавливаемое законодательными актами субъектов Российской Федерации, осуществляется в данном случае как бы "с разрешения" федерального законодателя. В научной литературе ставился вопрос о допустимости подобного, по сути, делегирования полномочия федерального законодателя, прямо закрепленного за ним в Конституции Российской Федерации, им же самим - другим субъектам власти.
Так, М.В. Пресняков рассматривал вопросы ограничения прав граждан Российской Федерации законами субъектов Российской Федерации применительно к запрету продажи алкогольной продукции в определенные дни и в определенное время суток. Само по себе это ограничение установлено ч. 5 ст. 16 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" <11>, однако согласно той же части указанной статьи органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные ограничения времени, условий и мест розничной продажи алкогольной продукции, в том числе и полный запрет на розничную продажу алкогольной продукции.
--------------------------------
<11> Федеральный закон от 22.11.1995 N 171-ФЗ (ред. от 02.11.2013) "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. N 48. Ст. 4553.

По мнению указанного автора, "федеральный законодатель в данной норме превысил свои полномочия и в нарушение прямого указания статьи 55 Конституции Российской Федерации делегировал субъектам Российской Федерации право своими актами (не только законами!) ограничивать конституционные права человека и гражданина" <12>.
--------------------------------
<12> Пресняков М.В. Здоровье нации и проблема ограничения конституционных прав человека и гражданина в современном законодательстве // Конституционное и муниципальное право. 2014. N 10. С. 25.

Мы согласны с тем, что, действительно, с позиций буквального толкования ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации - "права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом" - подобное делегирование действительно выглядит небезупречно. Однако здесь можно учесть, что как таковое ограничение на продажу алкогольной продукции все же установлено именно федеральным законом, а субъекты Российской Федерации de facto лишь наделены правом расширять его объем <13>. Поэтому в принципе в рамках системного толкования рассматриваемых положений Конституции Российской Федерации, разграничивающей предметы ведения и полномочия между Российской Федерации и ее субъектами, а также допускающей возможность их перераспределения, нам такой прием федерального законодателя видится допустимым.
--------------------------------
<13> Хотя нельзя не отметить, что de jure в абз. 2 ч. 5 ст. 16 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" использована формулировка "органы государственной власти субъектов Российской Федерации вправе устанавливать дополнительные ограничения", что, на наш взгляд, является не вполне корректным.

Однако, возвращаясь к вопросу об ограничениях конституционного права на участие в управлении делами государства, отметим, что в ст. 12.5 Федерального закона "О противодействии коррупции" законодатель пошел еще дальше. В данном случае он не установил какие-то конкретные ограничения, связанные с замещением государственных должностей субъектов Российской Федерации (а также иных должностей, перечисленных в данной статье), а, предоставив субъектам Российской Федерации и даже муниципальным образованиям право расширять их объем, дал им тем самым возможность вводить новые ограничения конституционных прав граждан.
Несложно, например, представить, что в конкретном субъекте Российской Федерации будет принято решение ввести запрет на замещение государственных должностей субъектов Российской Федерации для лиц, имеющих не только непогашенную (неснятую) судимость, но и для всех, когда-либо имевших судимость (даже если она была снята или погашена). В другом законодатели пойдут еще дальше и установят - в целях противодействия коррупции - запрет для всех лиц, привлекавшихся к административной ответственности за совершение коррупционных правонарушений. В третьем - вообще для всех, кто когда-либо совершал административные правонарушения (исходя из логики, что, раз данное лицо совершало правонарушения, значит, оно может быть в большей степени подвержено стремлению нарушать закон и в будущем).
Не рассматривая вопрос о целесообразности подобных запретов с точки зрения противодействия коррупции, отметим, что при таком подходе содержание гарантии, содержащейся в ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, в значительной степени выхолащивается. В силу этого нам представляется, что как запреты, так и ограничения прав граждан Российской Федерации, связанные с замещением ими государственных должностей субъектов Российской Федерации, должны вводиться все же только законодательными актами только федерального уровня.
Наконец, следует обратить внимание и еще на один момент. Статья 12.5 Федерального закона "О противодействии коррупции" наделяет субъекты Российской Федерации правом устанавливать запреты, ограничения, обязательства и правила служебного поведения в отношении лиц, замещающих государственные должности Российской Федерации, то есть вводить ограничения их прав только в целях противодействия коррупции. Однако все ли предусмотренные приводимыми выше законодательными актами субъектов Российской Федерации ограничения (обстоятельства, препятствующие замещению государственных должностей) установлены в этих целях?
Безусловно, в отношении некоторых из них ответ может быть утвердительным. Это касается, например, близкого родства или свойства с лицами, замещающими государственные должности; непредставления сведений или представления заведомо недостоверных и неполных сведений о доходах, расходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера; с определенными оговорками - наличия судимости и др. А вот, например, ограничение возможности замещения государственных должностей субъектов Российской Федерации лицами, страдающими определенными заболеваниями, никак, на наш взгляд, эту цель преследовать не может. И конституционность их установления законами субъектов Российской Федерации - при отсутствии соответствующих норм федерального законодательства <14> - с нашей точки зрения, под большим сомнением.
--------------------------------
<14> Разумеется, следует помнить, что для отдельных категорий государственных должностей, том числе и должностей субъектов РФ, подобные обстоятельства-ограничения федеральными законами установлены (см., например: Закон РФ от 26.06.1992 N 3132-1 (ред. от 04.06.2014) "О статусе судей в Российской Федерации" // Ведомости СНД и ВС РФ. 1992. N 30. Ст. 1792; Федеральный закон от 12.06.2002 N 67-ФЗ (ред. от 24.11.2014) "Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации" // Собрание законодательства Российской Федерации. 2002. N 24. Ст. 2253).

Вообще, надо сказать, что нам видится в принципе не вполне корректным общий подход, в рамках которого установление ограничений, связанных с замещением государственных должностей субъектов, обуславливается только целями противодействия коррупции. Если сравнить, например, ч. 3 ст. 12.1 Федерального закона "О противодействии коррупции", устанавливающую ограничения прав лиц, замещающих государственные должности, и ст. 17 Федерального закона "О государственной гражданской службе Российской Федерации", устанавливающую запреты (а по сути те же ограничения конституционных прав) в отношении государственных гражданских служащих, нетрудно заметить их очевидное сходство. Однако первый перечень заметно меньше второго, поскольку в соответствии с целевой направленностью содержит только антикоррупционные ограничения (запреты).
Вместе с тем представляется, что на лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации, в целом должны распространяться и некоторые иные ограничения их конституционных прав. Так, например, Федеральный закон "О государственной гражданской службе Российской Федерации" запрещает государственным гражданским служащим прекращать исполнение должностных обязанностей в целях урегулирования служебного спора. Данный запрет, вполне очевидно, не направлен на противодействие коррупции, а преследует цель обеспечения бесперебойного функционирования государственных органов. Однако тем более недопустимым является прекращение исполнения служебных (трудовых) обязанностей и лицами, замещающими государственные должности субъектов РФ, поскольку они, как уже отмечалось выше, непосредственно реализуют полномочия самих субъектов Российской Федерации, а также государственных органов.
Собственно, в отношении некоторых из них такое ограничение законодательством предусматривается. Например, в соответствии с п. 14 ч. 3 ст. 3 Закона Российской Федерации "О статусе судей" судья не вправе прекращать исполнение должностных обязанностей в целях урегулирования трудового спора. Данная норма распространяется на всех судей, то есть в том числе и на мировых судей и судей конституционных (уставных) судов субъектов Российской Федерации.
Однако общий запрет для всех лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации, прекращать исполнение должностных обязанностей в целях урегулирования служебных (трудовых) споров в федеральном законодательстве не установлен. И не может быть установлен в субъектах Российской Федерации, в том числе и для конкретных государственных должностей, поскольку это, на наш взгляд, вступает в противоречие с ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации <15>.
--------------------------------
<15> Хотя такие попытки в некоторых субъектах Российской Федерации делаются. См. например: ч. 1 ст. 8 Закона Республики Хакасия от 28.02.2006 N 9-ЗРХ (ред. от 14.04.2014) "О государственных должностях Республики Хакасия и государственной гражданской службе Республики Хакасия": принят ВС РХ 15.02.2006 // Вестник Хакасии. 2006. N 12.

В целом же, с нашей точки зрения, существует объективная потребность более подробного, чем существующее, регулирования правового статуса лиц, замещающих государственные должности субъектов Российской Федерации, на федеральном уровне. Базой такого регулирования вполне может выступить существующий Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", хотя возможно и принятие отдельного законодательного акта. Все это отнюдь не препятствовало бы законодательному регулированию прохождения службы на государственных должностях самими субъектами Российской Федерации, однако поставило бы ее в единые законодательные рамки.

Литература

1. Болдырева Е.В. Принцип разделения властей и конституционная ответственность лиц, занимающих государственные должности: российская практика и зарубежный опыт // Юрист. 2014. N 21. С. 40 - 44.
2. Гильмутдинов В.Р. Особенности правового регулирования служебной деятельности на государственных должностях Российской Федерации: автореф. дисс. ... канд. юрид. наук. М., 2007.
3. Зюзин С.Ю., Юдина А.Б., Карташова Ю.А., Подсумкова А.А. Комментарий к Федеральному закону от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" (постатейный) / под ред. Н.И. Воробьева // СПС "КонсультантПлюс". 2011.
4. Макаров А.В., Лютов В.А. К вопросу о контроле за соответствием расходов лиц, занимающих государственные должности, как одном из условий противодействия коррупции // Государственная власть и местное самоуправление. 2014. N 4. С. 32 - 35.
5. Пермяков А.И. Должность в структуре государственной службы Российской Федерации: дисс. ... канд. юрид. наук. Саратов, 2014.
6. Пресняков М.В. Здоровье нации и проблема ограничения конституционных прав человека и гражданина в современном законодательстве // Конституционное и муниципальное право. 2014. N 10. С. 23 - 27.
7. Сокрашкин Э.Г. Самостоятельность регионов в вопросе распространения ограничения (ст. 12 ФЗ "О противодействии коррупции") на лиц, ранее замещавших государственные и муниципальные должности на местах // Муниципальная служба: правовые вопросы. 2013. N 3. С. 22 - 24.
8. Хорунжий С.Н., Бекетова С.М. Правовые проблемы противодействия коррупции, связанные с ограничениями и обязанностями лиц, замещающих государственные и муниципальные должности // Государственная власть и местное самоуправление. 2013. N 4. С. 37 - 40.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑