• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
28.03.2018

Законопроектом "О внесении изменений в КоАП РФ в части усиления административной ответственности за совершение противоправных деяний на воздушном транспорте" предлагается усилить административную ответственность за такие деяния, как управление воздушным судном лицом, не имеющим права управления им, управление воздушным судном лицом, находящимся в состоянии опьянения, передача управления воздушным судном лицу, находящемуся в состоянии опьянения, невыполнение лицами, находящимися на борту воздушного судна, законных распоряжений командира воздушного судна и др.

21.03.2018

Целями законопроекта "О цифровых финансовых активах" является законодательное закрепление в российском правовом поле определений наиболее широко распространенных в настоящее время финансовых активов, создаваемых и/или выпускаемых с использованием цифровых финансовых технологий, к которым законопроект относит распределенный реестр цифровых транзакций, а также создание правовых условий для привлечения российскими юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями инвестиций путем выпуска токенов, являющихся одним из видов цифровых финансовых активов.

14.03.2018

Законопроектом предусматривается дополнение пункта 2 статьи 12.4 Федерального закона "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", которая устанавливает права и обязанности лиц, осуществляющих рыболовство в экономической зоне, положением об обязанности для таких лиц проходить контрольные пункты (точки) и соблюдать порядок их прохождения, установленные федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства и федеральным органом исполнительной власти по обороне.

Все статьи > Распределение судебных расходов при отсутствии вины ответчика в "причинении процесса" (Юдин А.В.)

Распределение судебных расходов при отсутствии вины ответчика в "причинении процесса" (Юдин А.В.)

Дата размещения статьи: 28.09.2016

Распределение судебных расходов при отсутствии вины ответчика в "причинении процесса" (Юдин А.В.)

Процессуальный закон категорично и единообразно определяет лицо, имеющее право претендовать на возмещение судебных расходов, - это сторона, в пользу которой состоялось решение суда (ч. 1 ст. 98 ГПК, ч. 1 ст. 111 КАС РФ); в арбитражном процессе - лицо, в пользу которого принят судебный акт (ч. 1 ст. 110 АПК РФ). "В процессе, как и на войне, контрибуция взимается с того, кто побежден", - заметил классик российской процессуальной науки Е.В. Васьковский <1>.
--------------------------------
<1> Васьковский Е.В. Учебник гражданского процесса. М., 2003. С. 368.

Исключения, относящиеся к распределению судебных расходов с учетом вины ответчика и безотносительно результата процесса, можно усмотреть в законодательстве: если истец отказывается от иска в связи с добровольным удовлетворением его требований ответчиком после обращения истца в суд, судебные издержки взыскиваются с ответчика (ч. 1 ст. 101 ГПК, ч. 1 ст. 113 КАС РФ). В п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" (далее - Постановление N 1) сфера применения этого правила расширяется: "...отказ от иска является правом, а не обязанностью истца, поэтому возмещение судебных издержек истцу при указанных обстоятельствах не может быть поставлено в зависимость от заявления им отказа от иска. Следовательно, в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика".
Во всех прочих случаях для распределения судебных расходов достаточно одного лишь факта принятия судебного решения в пользу стороны, претендующей на возмещение судебных расходов, безотносительно роли противоположной стороны в наступившем результате.
Постановлением N 1 фактически создается новое изъятие из данных правил: судебные расходы могут не распределяться в том случае, когда ответчик не допускал нарушений прав истца, иными словами, не виновен в "причинении процесса". В п. 19 Постановления N 1 сказано, что "не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, административным ответчиком, например исков о расторжении брака при наличии взаимного согласия на это супругов, имеющих общих несовершеннолетних детей".
Можно видеть, что приведенное разъяснение не вытекает из содержания норм процессуального закона. В связи с этим возникают вопросы: можно ли ставить само право истца требовать возмещения понесенных судебных расходов с ответчика в зависимость от вины последнего в возникновении и развитии процесса? Может ли ответчик, невиновный в возникновении процесса, претендовать на освобождение его от выплаты понесенных истцом судебных расходов? Должны ли в этом случае такие судебные расходы относиться на истца?
Для дальнейшего изложения материала и наиболее точной передачи сути возникающих отношений целесообразно воспользоваться такими используемыми на страницах процессуальной литературы выражениями, как "причинение процесса" или "причинение судебных расходов" <2>. Оговоренные термины будут употребляться нами со значительной долей условности; их употребление следует сопроводить несколькими оговорками:
--------------------------------
<2> См.: Столяров А.Г. Судебные расходы как элемент состава гражданской процессуальной ответственности: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. СПб., 2004. С. 8.

во-первых, нельзя пройти мимо напрашивающейся аналогии отношений по возмещению убытков лицом, виновно их причинившим, и отношений по возмещению судебных расходов (убытков) ответчиком, "причинившим процесс" истцу, т.е. вынудившим последнего обращаться с исковыми требованиями. Следовательно, если ответчик никакого повода для обращения в суд истцу не давал, то нет и оснований для возложения на него судебных расходов. Подчеркнем, что речь идет не о прямом заимствовании гражданско-правовых конструкций для процессуальных отношений, а только лишь о смысловой аналогии;
во-вторых, вопрос о природе судебных расходов с точки зрения причисления их к убыткам, взыскиваемым по нормам гражданского законодательства, является дискуссионным и порождает в литературе полемику. Несмотря на возобладавший в законодательстве и судебной практике подход, исключающий взыскание судебных расходов как убытков посредством предъявления самостоятельного иска <3>, сохраняет свою силу позиция, выраженная в Определении Конституционного Суда РФ от 20.02.2002 N 22-О "По жалобе открытого акционерного общества "Большевик" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 15, 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации", где судебные расходы прямо отождествляются с убытками, причиненными лицу;
--------------------------------
<3> См.: ст. 112 АПК РФ; п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 N 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах" // Вестник ВАС РФ. 2008. N 2; Обзор судебной практики ВС РФ за второй квартал 2011 г., утв. Президиумом ВС РФ от 28.09.2011 // Бюллетень ВС РФ. 2011. N 11; п. 28 Постановления N 1; и др.

в-третьих, еще более дискуссионным является вопрос о квалификации такой меры, как взыскание судебных расходов с проигравшего процесс лица, в качестве меры юридической ответственности. Так, А.Г. Столяров исходит из определения судебных расходов как элемента гражданской процессуальной ответственности <4>. Другие авторы относят к мерам ответственности только такие случаи взыскания судебных расходов, когда в порядке исключения они присуждаются независимо от исхода процесса за виновное поведение (например, ст. 111 АПК РФ) <5>.
--------------------------------
<4> Столяров А.Г. Указ. соч. С. 8.
<5> Разбор высказанных по этому вопросу точек зрения см.: Юдин А.В. Гражданское процессуальное правонарушение и ответственность. СПб., 2009. С. 324 - 326.

Возвращаясь к содержанию обсуждаемой нами рекомендации п. 19 Постановления N 1, заметим, что подход, ранее предложенный Пленумом ВАС РФ в Постановлении от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" (далее - Постановление N 46), в большей степени отвечал буквальному смыслу закона. В п. 19 Постановления N 46 содержалась рекомендация относительно того, что законодательством о судопроизводстве в арбитражных судах не предусмотрено освобождение надлежащего ответчика от обязанности по возмещению судебных расходов по уплате государственной пошлины в тех случаях, когда ответчик не наделен полномочиями самостоятельно совершить действия, позволяющие истцу реализовать свои права, законные интересы, о защите которых он обратился в суд. Тем самым, с одной стороны, констатировалась некоторая нелогичность подобной ситуации, но, с другой стороны, никакого исключения для нее не предусматривалось.
До принятия Постановления N 1 Верховный Суд РФ в п. 31 Постановления Пленума от 30.06.2015 N 28 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении судами дел об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объектов недвижимости" <6> (далее - Постановление N 28) уже формулировал сходную позицию применительно к отдельной категории дел. В данном Постановлении Верховный Суд РФ предлагает дифференцировать ситуации, при которых в основе возникновения процесса имеется вина органа власти (оспаривание результатов определения кадастровой стоимости на основании недостоверности сведений об объекте оценки, в том числе в связи с исправлением кадастровой ошибки в сведениях; пересмотр кадастровой стоимости в связи с технической ошибкой в сведениях об объекте оценки; оспаривание решения или действий (бездействия) Комиссии по рассмотрению споров о результатах определения кадастровой стоимости), и ситуации, в которых такая вина отсутствует. При этом критерием для отнесения конкретного дела ко второй группе является среди прочего фактическое поведение органа власти - неоспаривание им предъявленных требований ни по основаниям возникновения, ни по содержанию. В последнем случае судебные расходы относятся на заявителя, административного истца (абз. 3 п. 31 Постановления N 28).
--------------------------------
<6> Бюллетень ВС РФ. 2015. N 9.

Таким образом, анализируемое нами разъяснение, содержащееся в Постановлении N 1, логически развивает ранее высказанные позиции.
Все процитированные разъяснения чисто интуитивно подчеркивают нелогичность ситуации, при которой на ответчика должны возлагаться понесенные истцом издержки - фактически убытки, в причинении которых ответчик невиновен.
Принцип распределения судебных расходов на началах вины может иметь и другие проявления. Так, если вдруг ответчик причинил истцу расходы, не коррелирующие в силу определенных причин с размером удовлетворенных исковых требований, то такие расходы все равно подлежат взысканию с ответчика. Так, согласно абз. 3 п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", "если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения".
Формы обнаружения виновного в "причинении судебных расходов" могут быть не только процессуальными, т.е. сводимыми к перераспределению судебных расходов в рамках одного процесса, но и гражданско-правовыми. Так, в силу разъяснений, содержащихся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", "в случае, когда основанием для отмены постановления судебного пристава-исполнителя об оценке имущества должника явились нарушения, допущенные оценщиком, территориальный орган ФССП России как заказчик оценки вправе... требовать от оценщика возмещения причиненных убытков, в том числе в размере понесенных судебных расходов по делу об оспаривании постановления судебного пристава-исполнителя об оценке имущества".
Все изложенное свидетельствует о подспудно существующем восприятии сумм понесенных судебных расходов как убытков (ст. 15 ГК РФ), в основе возмещения/распределения которых лежит оценка виновности поведения лица, с которого (или в пользу которого) взыскиваются расходы. Однако действующее процессуальное законодательство предлагает исходить из формального момента - в чью пользу принято судебное решение.
Содержащаяся в п. 19 Постановления N 1 рекомендация распространяется не на единичный случай "справедливого" распределения судебных расходов; можно предположить существование еще неопределенного числа подобных ситуаций. Если обратиться к наиболее характерным проявлениям, то можно сказать, что все случаи "безвиновных" процессов могут относиться к факторам поведения как самого истца, так и ответчика либо к одномоментному действию сразу двух факторов.
1. Гражданские дела, которые возбуждаются в связи с упущениями или нарушениями (в том числе правонарушениями), допущенными самим истцом. Ярким примером этого могут служить дела о признании права собственности на самовольную постройку (ст. 222 ГК РФ). Органы, выступающие в роли ответчиков по таким делам, как правило, не допускали нарушений прав истца, тогда как сам истец при осуществлении строительства пренебрег необходимыми правилами.
Последующие разъяснения, предлагающие судам оценивать принятие лицом мер к легализации постройки, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерность отказа уполномоченного органа в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию (абз. 2 и 3 п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - Постановление N 10/22), п. 9 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения арбитражными судами ст. 222 Гражданского кодекса РФ, утвержденного информационным письмом Президиума ВАС от 09.12.2010 N 143), не снимают проблему, поскольку оценка имевших место обращений должна производиться скорее с позиций наличия таких обращений, но не с точки зрения углубленной оценки законности отказа органа в выдаче разрешения и других действий (бездействия), поскольку последние должны составлять предмет самостоятельного производства.
Упущения истца могут иметь самый различный характер, но, как правило, они сводятся к ненадлежащему оформлению документов в сфере гражданского оборота и обусловленных ими прав либо вовсе к пренебрежению юридической фиксацией или регистрацией определенных прав и состояний <7>. В результате впоследствии возможность обращения к административным процедурам утрачивается, и истец оказывается вынужденным обращаться в суд.
--------------------------------
<7> Более подробно см.: Юдин А.В. Некоторые особенности юридического быта современной России и их влияние на гражданское судопроизводство // Вестник гражданского процесса. 2011. N 1. С. 86 - 102.

2. Гражданские дела, которые возбуждаются в связи с объективной невозможностью внесудебного осуществления истцом своего субъективного права. Классическим примером такой ситуации (к ней обращается и Пленум в Постановлении N 1) является расторжение брака супругов, имеющих несовершеннолетних детей. В действительности никакой принципиальной разницы в том, кто из супругов займет положение истца, а кто ответчика, нет (разумеется, при общем согласии их на расторжение брака).
Причиной несения судебных расходов в данном случае является не столько решение суда, сколько необходимость соблюдения сторонами обязательного предписания закона.
3. Отсутствие у ответчика полномочий по совершению действий, способствующих истцу в реализации его прав. Подобные ситуации приводились в п. 19 Постановления N 46 и рассматривались как неизвинительные для ответчика с точки зрения освобождения его от судебных расходов: обращение в суд с требованием к уполномоченному федеральному органу исполнительной власти в области государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, кадастрового учета и ведения государственного кадастра недвижимости об оспаривании результатов определения кадастровой стоимости объекта недвижимости <8>; обращение с требованием к федеральному органу исполнительной власти по интеллектуальной собственности об оспаривании решения этого органа об отказе в признании недействительным предоставления правовой охраны товарному знаку ввиду злоупотребления правом правообладателем.
--------------------------------
<8> Как отмечалось выше, определенная дифференциация таких случаев была проведена в Постановлении N 28.

4. Некая причастность ответчика к спорным правоотношениям. Так, например, значительное число исков о признании права характеризуются сложностями определения ответчика и, как следствие, возникновением вопроса о том, почему неопределенность права истца должна устраняться не за его собственный счет, а за счет лица, назначенного на роль ответчика. В таких ситуациях ответчик даже при всем желании не в состоянии помочь истцу признать его право собственности с точки зрения принятия акта с сопутствующими правовыми последствиями.
Примером также могут послужить дела о восстановлении срока принятия наследства. В п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что "споры, связанные с восстановлением срока для принятия наследства и признанием наследника принявшим наследство, рассматриваются в порядке искового производства с привлечением в качестве ответчиков наследников, приобретших наследство (при наследовании выморочного имущества - Российской Федерации либо муниципального образования, субъекта Российской Федерации), независимо от получения ими свидетельства о праве на наследство". Пропуск срока принятия наследства может быть вызван среди прочего уважительными причинами, связанными с личностью истца: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и др. Ранее в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за первый квартал 2005 г. <9> содержалось аналогичное разъяснение по поводу рассмотрения дел о восстановлении срока принятия наследства в порядке искового производства, поскольку требование связано с признанием за наследником права на имущество.
--------------------------------
<9> Бюллетень ВС РФ. 2005. N 10.

Другой пример. Если ответчиком не оспариваются права истца - давностного владельца на имущество, то вряд ли можно усмотреть упречность поведения такого ответчика по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности. В соответствии с абз. 1 и 2 п. 19 Постановления N 10/22 "лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности. Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества".
Причастность ответчика к спорным правоотношениям может состоять в том, что он имеет некоторые субъективные права в сложившейся сфере отношений; так, возможно, что он будет возражать против иска. Решающим фактором при выборе ответчика может послужить то, что ответчик оказывается единственным субъектом, к которому в принципе может быть предъявлен иск, т.е. истец вынужден руководствоваться рассуждениями по остаточному принципу ("кроме него, больше иск предъявить не к кому").
В основе описанных противоречий лежит объективное столкновение между установленной законом (практикой его применения) формой исковой производства, предназначенной для разрешения определенных требований, и фактической бесспорностью требований, проявляющейся в отсутствии фигуры нарушителя права. Для одних ситуаций такая предустановленная форма окажется оправданной, для других - неподходящей. Однако законодатель (правоприменитель в своих разъяснениях) не может ставить форму рассмотрения определенных требований в зависимость от позиции ответчика, т.е. в зависимость от того, оспаривает ли он предъявленные требования. Подобный критерий был бы недостаточно надежным и ситуативным (сегодня ответчик не выдвигает возражений, в следующий раз - такие возражения от него могут последовать). Другое дело, что имеются требования, конфигурация которых заранее исключала бы исковую форму защиты.
В связи с тем что нормативное основание для иного распределения судебных расходов во всех приведенных случаях отсутствует (как было установлено нами выше), необходимо разобраться с достаточностью и убедительностью оснований, используемых для аргументации иного подхода к распределению судебных расходов.
1. Решение не может расцениваться как принятое против ответчика (абз. 3 п. 31 Постановления N 28). Характерно, что процессуальный закон задействует симметричный признак - претендовать на возмещение расходов может лицо, в пользу которого принят судебный акт. То есть предложенное разъяснение, хотя и выдержано с внешней стороны в духе действующего процессуального регулирования, не вполне точно воспроизводит его буквальный смысл.
Рассмотрение этой противоположной пары понятий позволяет сформулировать вопрос: означает ли решение, принятое в пользу одной стороны, то, что оно с необходимостью принято против другой стороны? Означает ли приращение правовой сферы одного субъекта с необходимостью умаление правовой сферы другого лица?
Материально-правовая связь сторон, обусловившая определенную процессуальную конфигурацию в положении субъектов, не допускает иного. Если решение вынесено в пользу истца, то это одновременно означает, что оно принято против ответчика. Если считать иным образом, то необходимо будет признать, что мы имеем дело с процессуальной ошибкой или с фикцией процесса. Например, если иск был предъявлен к ненадлежащему ответчику и удовлетворен судом без замены такого ответчика, то действительно можно утверждать, что мы имеем дело с решением, принятым в пользу истца и не против ответчика, но очевидно, что подобное решение является незаконным.
Уместна ли вообще постановка вопроса о разделении всех положительных для истца решений на принятые против ответчика и на решения, не имеющие к ответчику никакого отношения?
Если даже ответчик не присуждается напрямую к исполнению какой-либо обязанности и не привлекается к какой-либо ответственности, то сам факт наделения его статусом ответчика свидетельствует о том, что истец в рамках состоявшегося процесса был вынужден преодолевать некое юридическое сопротивление с его стороны, которое ответчик создавал, причем создавал необязательно в силу своей позиции по делу, но в силу своего правового положения в материальных правоотношениях (это отвечает хрестоматийному определению спора о праве проф. М.А. Гурвича в качестве сопротивления, помех "осуществлению гражданского права, которые согласно закону могут быть устранены через суд" <10>). Например, ответчик выступал стороной сделки, порочность которой связывается с фактами, относящимися к самому истцу, инициировавшему ее оспаривание (разумеется, с учетом ограничений, установленных теперь абз. 4 п. 2 ст. 166 ГК РФ).
--------------------------------
<10> Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессуальному праву. М., 1950. С. 160.

2. Удовлетворение исковых требований не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком (п. 19 Постановления N 1). Не вызывает сомнений то обстоятельство, что само по себе решение об удовлетворении иска (как необходимый элемент фактического состава, с которым связано возникновение права на возмещение судебных расходов) уже является достаточным основанием для вывода о существовании фактов нарушения и оспаривания прав истца ответчиком; иначе положительного для истца решения просто не могло быть.
Процессуальные кодексы недвусмысленно указывают на цель обращения в суд - защита нарушенных или оспариваемых прав (ч. 1 ст. 3 ГПК, ч. 1 ст. 4 АПК, ч. 1 ст. 4 КАС РФ); никаких пограничных состояний, которые бы порождали у истца право на обращение в суд (например, преодоление отказа органа в регистрации права, устранение правовой неопределенности и пр.), данные положения не содержат. Если факт нарушения или оспаривания права не имел места, суд должен отказать в требованиях просто в силу отсутствия фактов повода к иску. Это означает, что истец обратился в суд при отсутствии фактов нарушения или оспаривания его прав ответчиком, иными словами, напрасно.
3. Отсутствие противоположных юридических интересов с истцом (абз. 3 п. 31 Постановления N 28). Подобная аргументация также представляется непоследовательной, поскольку противоположность юридических интересов сторон традиционно рассматривается как атрибутивный признак сторон; отсутствие противоположных юридических интересов субъектов может означать неправильное определение их процессуального положения (например, ошибочное привлечение в качестве ответчика лица, действительное положение которого - третье лицо без самостоятельных требований). Но в этом случае исковые требования вообще не должны быть удовлетворены, ведь их адресатами являются ненадлежащие субъекты.
4. Неоспаривание ответчиком исковых требований. Значимыми с точки зрения обсуждаемых разъяснений могут оказаться не только сами по себе факты нарушения или оспаривания прав истца ответчиком, но и его позиция в отношении заявленных исковых требований. Так, в абз. 3 п. 31 Постановления N 28 указывается, что в случаях, когда удовлетворение требований сводится к реализации в судебном порядке права заявителя (административного истца) на установление кадастровой стоимости в размере рыночной, которое не оспаривается привлеченным к участию в деле заинтересованным лицом (административным ответчиком) ни по основаниям возникновения, ни по содержанию (в том числе размеру рыночной стоимости), судебные расходы относятся на заявителя.
Вполне очевидно, что при возникновении у истца права на возмещение судебных расходов фактическая позиция ответчика по существу требований сама по себе никакого значения не имеет. Даже признание исковых требований не позволит ответчику избежать взыскания судебных расходов в пользу истца.
Таким образом, все приведенные основания апеллируют скорее к логической, но не к формально-юридической стороне вопроса: если ответчик прав истца не оспаривал, противоположных с ним интересов не имел, решение против него не направлено, то нет и оснований для привлечения его к ответственности в виде взыскания фактических убытков.
Обозначенные проблемы и вопросы подсказывают, что в гражданском и в арбитражном процессе существуют некие категории дел, обнаруживающие определенные отличия от типичных дел искового производства.
Такие отличия порождают определенный дисфункционал всего применимого к ним инструментария искового производства: факт и характер нарушения прав истца неочевиден; ответчик прав истца непосредственно не нарушал; ярко выраженного антагонизма юридических интересов сторон тоже нет; подлинный спор о праве отсутствует и т.д. В подобных условиях общий алгоритм распределения судебных расходов также не срабатывает, поскольку суммы судебных расходов - убытков приходится взыскивать с лица, которое их не причиняло.
В поисках средств устранения возникшего дисфункционала можно пойти по пути устранения следствий возникшей ситуации или, наоборот, по пути устранения ее причин.
Первый путь предполагает создание альтернативного правила распределения судебных расходов для дел искового производства, по которым ответчик не виноват в "причинении судебного процесса", что и было предложено в разъяснениях, данных в п. 19 Постановления N 1.
Фактически суд и стороны оказываются ориентированы на дифференциацию дел на обычные спорные дела и дела со своего рода фикцией спора, по которым должно применяться изъятие в части распределения судебных расходов. Вполне прогнозируемо это может породить целый ряд малопродуктивных и нехарактерных для искового производства локальных споров, способных существенно осложнить процесс: виновен ли ответчик в возникновении процесса или нет; какова степень вины ответчика в "причинении судебных расходов" для целей дифференциации взыскиваемых сумм, ведь вполне возможно, что вина ответчика будет частичной (например, только по отдельным заявленным требованиям и пр.); кто из соответчиков и в какой мере виновен в возникновении спора, и пр.
В отсутствие обсуждаемого разъяснения п. 19 Постановления N 1 некоторые судьи, ощущая нелогичность возложения судебных расходов на ответчика по описываемым делам, в достаточно повелительной форме просили истца написать заявление с просьбой не компенсировать ему судебные расходы за счет ответчика. Истец, видя в этом намек на возможный исход дела и отчасти понимая, что от его желания последовать воле суда может зависеть судьба его требований, как правило, охотно соглашался на предложенный вариант. Излишне говорить, что подобные неформализованные процедуры не способны служить средством разрешения возникшей проблемы.
Что касается самого ответчика, полагающего себя непричастным к делу, то его процессуальные возможности по уклонению от участия в деле в статусе ответчика с тем, чтобы избежать возложения судебных расходов, крайне ограниченны: он не может быть освобожден от участия в деле, заменен надлежащим ответчиком или переведен в другой статус (например, третьего лица без самостоятельных требований на предмет спора) без ясно выраженного на это согласия или ходатайства истца.
Можно также отметить, что отождествление ответчика с лицом - нарушителем права (равно как и отождествление спора о праве с правонарушением) не всегда верно. Содержание целого ряда норм процессуальных кодексов способно убедить нас в том, что ответчик - это лицо, нарушившее права, свободы и охраняемые законом интересы истца (например, ч. 1 ст. 3 ГПК РФ), однако рассмотренные выше ситуации свидетельствуют: ответчик может изначально и сознательно не позиционироваться истцом в качестве нарушителя права и ставится в подобное процессуальное положение в значительной степени искусственно. Как замечал И.М. Зайцев в контексте анализа категории "спор о праве", "некоторые споры о праве вызываются к жизни не только правонарушением, но и правомерным поведением участников, если только такое поведение создает помехи в осуществлении права" <11>. Как указала Э.М. Мурадьян, "иск всегда предъявляется "к" ответчику, а не "против" него" <12>. В более ранних работах мы применительно к процессуальному положению такого лица предлагали использовать термин "условный ответчик" <13>.
--------------------------------
<11> Зайцев И.М. Спор о праве // Научное наследие: В 3 т. Саратов, 2009. Т. 1: Неизданное. С. 247.
<12> Мурадьян Э.М. О судебном надзоре (заметки с конференции "Проблемы надзора в гражданском и арбитражном процессе в свете правовых позиций Европейского суда по правам человека", Тверь, Тверской государственный университет, сентябрь 2010 г.) // Арбитражный и гражданский процесс. 2010. N 12. С. 42.
<13> Юдин А.В. Процессуальная фигура "условного" ответчика в гражданском судопроизводстве // Арбитражный и гражданский процесс. 2011. N 8. С. 6 - 10.

Однако итогом подобных рассуждений станет опять же необходимость дифференциации исковых дел с обычным ответчиком и ответчиком, наделенным иммунитетом от взыскания судебных расходов, при этом критерий разделения исковых дел по этим группам останется неопределенным.
Второй путь предполагает постановку и разрешение вопроса о правомерности рассмотрения в исковом производстве (отнесения к исковому производству) дел, по которым ответчик не нарушает и не оспаривает прав истца. Взыскание судебных расходов с невиновного в данном случае выступает катализатором ошибочности отнесения дела к исковому производству.
Большинство разобранных нами выше ситуаций объединяло то, что истец не имел никаких других путей для осуществления своего права и интереса, кроме как обратиться к суду в предписанной заранее законом (или сложившейся под влиянием судебной практики) форме, предполагающей обязательное осуществление права в судебном и в исковом порядке; избрание исковой формы защиты в таких случаях от воли истца не зависело. Здесь можно рассмотреть несколько случаев.
1. Отнесение к компетенции суда в порядке искового производства дел, по которым осуществление субъективных прав поставлено под обязательный судебный контроль. Закон моделирует процедуру искового производства для некоторых дел, которые безотносительно наличия спора должны разрешаться только в судебном порядке в целях установления и проверки неких социально или общественно значимых обстоятельств. Как отмечала М.С. Шакарян, "в ряде случаев законодатель ставит правоотношения под контроль суда, независимо от наличия спора или воли заинтересованных лиц, создавая тем самым определенную помеху в осуществлении права или охраняемого законом интереса"; "суд является не только органом разрешения правовых споров; на него государство возлагает в определенных случаях и функцию контроля за развитием правоотношений" <14>.
--------------------------------
<14> Шакарян М.С. Учение о сторонах в советском гражданском процессе. М., 1983. С. 7.

2. Отнесение к компетенции суда в порядке искового производства дел для целей обнаружения или провокации спора о праве со стороны привлекаемых в такой процесс лиц. Подобного рода дела таят в себе вероятность возникновения правового конфликта, и закон вынужден моделировать процедуру искового производства и, соответственно, ставить некое лицо в положение ответчика для стимулирования последнего на заявление возражений и спора против иска. Так, ответчик по иску о признании права на самовольную постройку может возразить против ее узаконивания и, например, предъявить встречный иск о сносе самовольной постройки (п. 2 ст. 222 ГК РФ).
3. Отнесение к компетенции суда в порядке искового производства дел, которые должны рассматриваться в порядке особого производства в связи с отсутствием по таким делам спора о праве. Даже если обратиться к делам о расторжении брака, которые Пленум ВС РФ в Постановлении N 1 использовал в качестве иллюстрации тезиса об отсутствии вины ответчика в "причинении процесса", то можно обнаружить, что их принадлежность к исковому производству небесспорна. Так, Н.Б. Зейдер предлагал включать дела о расторжении брака между супругами в состав дел особого производства <15>. В современных исследованиях по гражданскому процессуальному праву, в частности со ссылкой на опыт зарубежных стран, высказываются предложения об отнесении дел о расторжении брака по обоюдному согласию супругов, имеющих несовершеннолетних детей, к делам особого производства <16>.
--------------------------------
<15> Зейдер Н.Б. Процессуальный порядок рассмотрения дел о расторжении брака // Социалистическая законность. 1945. N 8. С. 31 - 32.
<16> См.: Аргунов А.В. Особое производство в гражданском процессуальном праве России и Франции: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. С. 9.

Применительно к делам особого производства в п. 18 Постановления N 1 разъясняется, что "по смыслу статей 98, 100 ГПК РФ, статей 111, 112 КАС РФ, статьи 110 АПК РФ судебные издержки возмещаются при разрешении судами материально-правовых споров. Поскольку рассмотрение дел, предусмотренных главами 28 - 30, 32 - 34, 36, 38 ГПК РФ, главой 27 АПК РФ, направлено на установление юридических фактов, определение правового статуса привлеченных к участию в деле лиц или правового режима объектов права, а не на разрешение материально-правового спора, издержки, понесенные в связи с рассмотрением указанных категорий дел, относятся на лиц, участвующих в деле, которые их понесли, и не подлежат распределению по правилам главы 7 ГПК РФ, главы 10 КАС РФ, главы 9 АПК РФ".
Наряду со смысловой завершенностью данного разъяснения обращает на себя внимание и его неудачное технико-юридическое оформление:
во-первых, для обоснования специальных правил распределения судебных расходов в особом производстве гражданского и арбитражного процесса приводится ссылка на нормы КАС РФ, которые данные процессуальные отношения вообще не регулируют. Как известно, никаких категорий дел особого производства в КАС РФ не предусмотрено; административное судопроизводство не знает разделения процесса на виды в том смысле, в котором они выделяются в процессе гражданском и арбитражном;
во-вторых, по смыслу приведенного разъяснения, из числа дел, по которым материально-правовой спор отсутствует, исключены дела об ограничении дееспособности гражданина, о признании гражданина недееспособным, об ограничении или о лишении несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами (глава 31 ГПК РФ). Как известно, данный вопрос является дискуссионным, поскольку многие процессуалисты относят такие дела к исковому производству <17>, однако, как бы то ни было, допущенное исключение диссонирует с последующей характеристикой дел с отсутствием спора как, в частности, дел об определении правового статуса привлеченных к участию в деле лиц. Подобная характеристика как нельзя лучше подходит к перечисленным категориям дел, тем более в свете последних изменений законодательства <18>, предполагающих максимально возможное обеспечение участия в процессе лиц, о правовом статусе которых ставится вопрос в заявлении;
--------------------------------
<17> В юридической литературе была высказана точка зрения, согласно которой в делах о признании граждан ограниченно дееспособными и недееспособными рассматривается спор о праве гражданском и имеются спорящие стороны. См.: Жеруолис И.А. Сущность советского гражданского процесса. Вильнюс, 1969. С. 196 - 197; Шакарян М.С. Субъекты советского гражданского процессуального права. М., 1970. С. 124 - 129; Попова Ю.А. Признание граждан безвестно отсутствующими и объявление умершими в порядке гражданского судопроизводства: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1977. С. 5.
<18> См.: Федеральный закон от 06.04.2011 N 67-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" и Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации".

в-третьих, исключение из числа дел с отсутствием материально-правового спора (для целей возмещения судебных издержек) такой категории, как дела о совершенном нотариальном действии или об отказе в его совершении (глава 37 ГПК РФ), также не совсем последовательно. По данной категории дел суд должен проверить лишь наличие оснований к совершению нотариального действия или проявленного бездействия, безотносительно вывода о законности их совершения или несовершения. Характерно, что дела схожей правовой природы, предусмотренные главой 36 ГПК РФ (дела о внесении исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния), оказались отнесены к числу дел, по которым распределение судебных расходов не производится.
Необходимо заметить, что Верховный Суд РФ отступил в вопросе о взыскании судебных расходов по делу особого производства от ранее сформулированной в Обзоре судебной практики ВС РФ за I квартал 2002 г. позиции, в которой отмечалось, что "праву лица, в пользу которого состоялось решение, на возмещение судебных расходов по делу искового производства должно соответствовать право такого же лица на возмещение судебных расходов по делу неискового производства" <19>.
--------------------------------
<19> Обзор судебной практики ВС РФ за I квартал 2002 г. // Бюллетень ВС РФ. 2002. N 11. С. 17.

Таким образом, выбор верного вида производства по делу снимает вопрос о взыскании судебных расходов с ответчика, невиновного в "причинении процесса".
4. В отдельных случаях сам процесс, по итогам которого возник вопрос о взыскании судебных расходов с невиновного, является следствием ошибки истца и/или суда. В числе основных причин можно указать на рассмотрение и удовлетворение исковых требований, предъявленных при отсутствии повода к иску.
Вполне понятно, что для актуализации процедуры судебной защиты еще недостаточно факта правоты истца согласно нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела; необходимо, чтобы ответчик каким-либо образом нарушил или оспорил права истца. Возможно, что истец, потребовавший в судебном порядке оплаты по договору, действительно имеет право на получение с ответчика суммы, составляющей цену иска; также возможно, что истец, обратившийся в суд с иском о признании права собственности на вещь, действительно является ее собственником; однако все это еще не дает им право на удовлетворение иска без исследования фактов имевших место нарушений или оспаривания прав, поскольку, например, в первом случае иск мог быть предъявлен до наступления срока платежа, а во втором право собственности истца никто не ставил под сомнение. При неустановлении фактов нарушения права закономерным итогом должно стать отрицательное для истца решение, которое будет свидетельствовать не о непризнании его прав судом, а об отсутствии необходимости получения судебной защиты.
На практике грань между такими случаями зачастую является трудноуловимой; даже при отсутствии явных фактов нарушения прав истца суд может руководствоваться соображениями о том, что проще удовлетворить иск, если истцу действительно принадлежит некое субъективное право, чем отказать в требованиях, рискуя в последующем тем, что ответчик изменит свою позицию, а истец утратит возможность повторного обращения в суд по уже однажды разрешенному спору. Если одобрить такой либеральный подход суда к оценке обстоятельств, заставивших истца предъявить требования, в свете наших рассуждений, это может означать попытку истца укрепить свое правовое положение (в обязательственных или в вещных правоотношениях) за счет оппонента, а не за свой собственный счет.
И если истец не желает "простить" ответчику судебные расходы, то суд сталкивается с дилеммой (которую и постарался устранить ВС РФ в п. 19 Постановления N 1): пойти на удовлетворение иска, предъявленного в отсутствие фактов нарушения права, заставив ответчика нести убытки при отсутствии его вины в "причинении процесса", либо отказать в требованиях со ссылкой на отсутствие повода к их предъявлению, что может при определенных обстоятельствах поставить решение на грань отмены.
Таким образом, создание исключений из общих правил распределения судебных расходов, которому посвящена настоящая статья, может быть вызвано причинами субъективного порядка и являться просто следствием некритичного отношения суда к заявленным требованиям с точки зрения недостаточного использования им потенциала влияния на субъектный состав участников спора в русле замены ненадлежащего ответчика, привлечения соответчиков и т.д. Для таких случаев можно констатировать отсутствие проблемы, поскольку она порождена ошибочным правоприменением.
В других ситуациях проблема вызвана некорректным или недостаточно последовательным перераспределением компетенции между административными и судебными органами, и передача дела из компетенции судебных в компетенцию административных органов, в случае наличия объективных предпосылок для этого, позволит снять проблему взыскания судебных расходов с лица, невиновного в их причинении.
В третьей группе ситуаций проблему могло бы решить установление четких критериев выбора вида судопроизводства с тем, чтобы бесспорные дела не разрешались в исковом порядке.
Все приведенные рассуждения об основаниях для освобождения ответчика от судебных расходов (убытков) позволяют поставить и другой корреспондирующий вопрос: если ответчик по отдельным категориям дел не должен возмещать понесенные истцом судебные расходы, то какие имеются логико-юридические основания для отнесения (оставления) таких судебных расходов (убытков) на истца?
Вероятно, что уплаченные суммы можно расценить двояко, в зависимости от конкретного дела, обусловившего оставление понесенных судебных расходов за истцом:
во-первых, как необходимую для истца плату за совершение судом юридически значимых действий в его пользу (истец, как выгодоприобретатель от конкретного судебного решения, сам заинтересован в несении таких судебных расходов);
во-вторых, как суммы, сходные с возмещаемыми по правилам ст. 404 ГК РФ убытками, вызванными виной самого кредитора в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательств.
В завершение необходимо оценить сферу и частоту применения проанализированного нами разъяснения п. 19 Постановления N 1 с чисто практической точки зрения. Насколько типизировано оно должно применяться в судебной практике, т.е. будет ли исчерпываться круг возможных дел какими-то единичными и стандартными случаями, или у суда есть право (а возможно, и обязанность) оценивать вину ответчика по каждому гражданскому делу и при установлении отсутствия или недостаточной выраженности его вины относить судебные расходы на истца?
Полагаем, что предпочтительным является именно первый вариант, ограничиваемый какими-то повторяющимися ситуациями либо исключительными случаями, при которых возложение судебных расходов на ответчика явно противоречило бы началам справедливости.
Широкое применение обсуждаемого разъяснения, которое было бы сопряжено с выяснением вины ответчика по каждому делу, не пошло бы на пользу интересам правосудия по гражданским делам и явно не отвечало бы формальной определенности процессуальных норм, стабильности процессуальных прав и обязанностей сторон, а также предсказуемости процессуальных действий.

References

  1. Argunov A.V. Special Proceedings in Civil Process Law of Russia and France: Summary of a PhD Thesis in Law (Osoboe proizvodstvo v grazhdanskom processual'nom prave Rossii i Francii: Avtoref. dis. ... na soiskanie uchenoy stepeni kand. yurid. nauk). Moscow, 2011.
  2. Gurvich M.A. Lectures on the Soviet Civil Process Law (Lekcii po sovetskomu grazhdanskomu processual'nomu pravu). Moscow, 1950.
  3. Murad'jan Je.M. On Judicial Supervision (Notes from the Conference "Problems of Supervision in Civil and Arbitrazh Procedure in light of Legal Positions of the European Court of Human Rights", September 2010, Tver', Tver' state university) (O sudebnom nadzore (zametki s konferencii "Problemy nadzora v grazhdanskom i arbitrazhnom processe v svete pravovyh pozicij Evropejskogo suda po pravam cheloveka", Tver', Tverskoj gosudarstvennyj universitet, sentjabr' 2010 g.)) // Arbitrazh and Civil Procedure (Arbitrazhnyj i grazhdanskij process). 2010. N 12.
  4. Popova Ju.A. Declaring a Person Missing or Dead in Civil Procedure: Summary of a PhD Thesis in Law (Priznanie grazhdan bezvestno otsutstvujushhimi i ob'javlenie umershimi v porjadke grazhdanskogo sudoproizvodstva: Avtoref. dis. na soiskanie uchenoy stepeni kand. yurid. nauk). Moscow, 1977.
  5. Shakarjan M.S. Actors of the Soviet Civil Process Law (Sub'ekty sovetskogo grazhdanskogo processual'nogo prava). Moscow, 1970.
  6. Shakarjan M.S. The Doctrine of Parties in the Soviet Civil Process (Uchenie o storonah v sovetskom grazhdanskom processe). Moscow, 1983.
  7. Stoljarov A.G. Legal Costs as an Element of Civil Process Liability: Summary of a phD Thesis in Law (Sudebnye rashody kak jelement sostava grazhdanskoj processual'noj otvetstvennosti: Avtoref. dis. na soiskanie uchenoy stepeni kand. jurid. nauk). Saint Petersburg, 2004.
  8. Vas'kovkiy E.V. Civil Process: a Coursebook (Uchebnik grazhdanskogo processa). Moscow: Izdatel'stvo "Zercalo", 2003.
  9. Yudin A.V. Procedural figure of the 'conditional' respondent in the civil trial (Processual'naja figura "uslovnogo" otvetchika v grazhdanskom sudoproizvodstve) // Arbitrazh and Civil Procedure (Arbitrazhnyj i grazhdanskij process). 2011. N 8. P. 6 - 10.
  10. Yudin A.V. Some Features of the Legal Life of Modern Russia and its Impact on Civil Court Procedure (Nekotorye osobennosti juridicheskogo byta sovremennoj Rossii i ih vlijanie na grazhdanskoe sudoproizvodstvo) // Herald of Civil Procedure (Vestnik grazhdanskogo processa). 2011. N 1. P. 86 - 102.
  11. Yudin A.V. Procedure Offence and Liability (Grazhdanskoe processual'noe pravonarushenie i otvetstvennost'). Saint Petersburg, 2009.
  12. Zajcev I.M. Dispute over a Right (Spor o prave), in: Zajcev I.M. Scientific Heritage in 3 vol. Vol. 1: Unpublished (Nauchnoe nasledie. V 3 t. T. 1: Neizdannoe). Saratov: Izdatel'skij centr "Nauka", 2009.
  13. Zejder N.B. Procedure for Considering Divorce Cases (Processual'nyj porjadok rassmotrenija del o rastorzhenii braka) // Socialistic Legality (Socialisticheskaja zakonnost'). 1945. N 8. P. 31 - 32.
  14. Zheruolis I.A. The Core of the Soviet Civil Process (Sushhnost' sovetskogo grazhdanskogo processa). Vilnius: Izdatel'stvo "Mintis", 1969.
Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑