• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
03.09.2019

Законопроект "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О противодействии коррупции" призван устранить сложившуюся правовую неопределенность в сфере бюджетного законодательства, предусматривающего зачисление конфискованных денежных средств, полученных в результате совершения коррупционных правонарушений. Между тем, само понятие "коррупционное правонарушение" в настоящее время отсутствует в законодательстве.

21.08.2019

Принятие законопроект "О внесении изменений в статью 2.6.1 КоАП РФ" позволит владельцу автомобиля своевременно получить информацию о совершенном правонарушении водителем его транспортного средства, освободиться от ответственности согласно ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП РФ, воспользоваться возможностью уплаты административного штрафа со скидкой предусмотренной ст. 32.2 КоАП РФ, своевременно выявлять несанкционированное использование регистрационного знака своего автомобиля другим транспортным средством.

14.08.2019

Целью законопроекта является устранение правовой коллизии между Федеральным законом "О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами" и бюджетным законодательством. Его реализация позволит избежать споров о необходимости использования специального банковского счета в соответствии с Федеральным законом.

Все статьи > Хищение или неосновательное обогащение? (Бриллиантов А.В.)

Хищение или неосновательное обогащение? (Бриллиантов А.В.)

Дата размещения статьи: 09.02.2017

Хищение или неосновательное обогащение? (Бриллиантов А.В.)

Теоретические и практические проблемы квалификации хищений, несмотря на кажущуюся их простоту и разрешенность, в том числе на уровне постановлений Пленума Верховного Суда РФ, все еще вызывают дискуссии и различные решения правоприменителя по одинаковым ситуациям. Особые сложности в правовой оценке деяния появляются, когда критерии разграничения уголовно наказуемого деяния и деяния, не являющегося таковым, не выработаны или весьма размыты.
Рассмотрим подобные вопросы на основе конкретного примера. В супермаркете С. нашел кошелек, в котором находилось 10 тысяч рублей, и отдал этот кошелек кассиру супермаркета И., попросив последнюю отдать кошелек владельцу, если тот обнаружится. Владельцем кошелька была Т., которая, обнаружив пропажу, вернулась в магазин и обратилась к кассиру И. с вопросом о том, не находил ли кто в магазине кошелек. На данный вопрос кассир И. ответила отрицательно, а кошелек с деньгами взяла себе. После того, как данная ситуация была выявлена, возник вопрос о квалификации действий кассира И.
Исходя из фабулы дела, данная ситуация может подпадать под признаки деяний, предусмотренных ст. 158 или ст. 160 УК РФ. Рассмотрим оба варианта.
В ст. 158 УК РФ кража определена как тайное хищение чужого имущества. В примечании 1 к данной статье разъясняется, что под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. Итак, с позиции объективной стороны состава преступления кража должна быть выражена в изъятии чужого имущества в пользу виновного или других лиц. Вопрос об обращении имущества в свою пользу будет рассмотрен ниже, поскольку связан не с кражей, а с присвоением или растратой вверенного имущества.
Согласно многочисленным толковым словарям изъять означает "отобрать, отнять, конфисковать что-либо". Иными словами, при совершении кражи собственник или владелец (далее - собственник) обладает каким-либо имуществом, которое изымается, отбирается у него виновным, в результате чего собственнику причиняется ущерб. При этом на момент изъятия собственник должен обладать (держать, иметь, владеть, располагать) имуществом, поскольку невозможно изъять то, чего нет.
Применительно к рассматриваемой ситуации здесь возникают два вопроса. Первый: обладала ли покупательница Т. кошельком с деньгами на момент обращения их кассиром И. в свою пользу? И второй вопрос: совершила ли кассир И. изъятие кошелька у покупательницы Т., т.е. выполнила ли она действия объективной стороны состава кражи?
Покупательница потеряла свой кошелек, он выбыл из ее владения, она, юридически оставаясь собственником (п. 1 ст. 227 ГК РФ), лишилась вещи, пропажа повлекла за собой наступление имущественного ущерба. В этот момент, когда покупательница не владела кошельком, пропавшую вещь находит иной человек, он становится обладателем кошелька. Является ли нашедший причинителем вреда? Думается, ответ очевиден - человек, нашедший кошелек, не совершал никаких действий по его изъятию, и, следовательно, причинителем вреда (ни объективно, ни субъективно, поскольку это не охватывалось его умыслом) он не является. Да и невозможно отнять у человека то, чем он не обладает.
Поэтому в рассматриваемой ситуации состав кражи, предполагающий с объективной стороны изъятие имущества, которым владеет собственник, с субъективной стороны - наличие прямого умысла на совершение указанных действий и как их последствие - на причинение ущерба именно действиями лица, нашедшего имущество, здесь отсутствует.
В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. N 29 (ред. от 3 марта 2015 г.) "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое" разъяснено, что как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. Так, может, рассматриваемая ситуация с находкой кошелька и есть тот случай, когда кража совершается в отсутствие собственника? На наш взгляд, и здесь нужно дать отрицательный ответ, поскольку отсутствует объективная сторона кражи (изъятие), нашедший не изымает кошелек, последний уже ранее выбыл из владения собственника, а указание в приведенном документе Пленума на отсутствие собственника вовсе не означает, что имуществом он уже не владеет (подробнее данная позиция будет рассмотрена ниже).
Далее возникает вопрос о законности или незаконности приобретения имущества лицом, нашедшим его. В этой ситуации лицо становится обладателем имущества в результате находки. Находка представляет собой обнаружение потерянной кем-либо вещи. В соответствии со ст. 227 ГК РФ "нашедший потерянную вещь обязан немедленно уведомить об этом лицо, потерявшее ее, или собственника вещи или кого-либо другого из известных ему лиц, имеющих право получить ее, и возвратить найденную вещь этому лицу. Если вещь найдена в помещении или на транспорте, она подлежит сдаче лицу, представляющему владельца этого помещения или средства транспорта. В этом случае лицо, которому сдана находка, приобретает права и несет обязанности лица, нашедшего вещь. Если лицо, имеющее право потребовать возврата найденной вещи, или место его пребывания неизвестны, нашедший вещь обязан заявить о находке в полицию или в орган местного самоуправления". Вместе с тем неисполнение указанной обязанности по сдаче вещи либо по соответствующему уведомлению названных в законе лиц не тождественно изъятию чужой вещи <1>.
--------------------------------
<1> Хилюта В. Присвоение потерянных и забытых вещей // Уголовное право. 2010. N 1; Хилюта В., Бильдейко А. Находка или кража? // Уголовное право. 2014. N 3.

Таким образом, вопрос о находке лежит в плоскости гражданского законодательства. Другие отрасли права, в том числе и уголовного права, вопрос о находке не регламентируют. Это обстоятельство является одним из подтверждений того, что находка и ее невозврат не могут рассматриваться как кража и не влекут за собой уголовной ответственности. Лицо, нашедшее имущество и не выполнившее требования гражданского закона, должно отвечать за нарушение требований этого законодательства. Устанавливает ли гражданское законодательство ответственность за невыполнение требований ст. 227 ГК РФ? Да, такая ответственность существует. Статьей 1102 ГК РФ установлена обязанность возвратить неосновательное обогащение. В частности, в ней указано, что если лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), то оно обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ. При этом указанное правило применяется независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.
Однако, может быть, у лица, которому нашедший вещь это имущество передает, в рассматриваемом нами случае - у кассира, возникают иные обязанности?
Как отмечалось выше, в соответствии со ст. 227 ГК РФ, если вещь найдена в помещении или на транспорте, она подлежит сдаче лицу, представляющему владельца этого помещения или средства транспорта. В этом случае лицо, которому сдана находка, приобретает права и несет обязанности лица, нашедшего вещь. В том числе такое лицо приобретает обязанность заявить о находке в полицию или в орган местного самоуправления, если лицо, имеющее право потребовать возврата найденной вещи, или место его пребывания неизвестны.
Исходя из этого, кассир, которому передали найденный кошелек, обязан, если потерявший неизвестен, заявить о переданной находке в полицию или органы местного самоуправления или вернуть найденное собственнику. Других обязанностей у него в соответствии с законом нет. Нарушение указанных обязанностей - это нарушение предписаний гражданского законодательства. Уголовное законодательство не устанавливает ответственности за нарушение таких требований. Поэтому ответственность здесь устанавливается в рамках гражданско-правовых отношений. И опять же, лицо, которому передано найденное имущество, не изымает его у собственника или иного владельца, ущерб причиняется в результате неосторожных действий самого собственника в результате потери имущества. Невозврат найденного представляет собой не причинение прямого действительного ущерба путем изъятия вещи, а непринятие обязательных по закону мер к ликвидации ущерба. Соответственно, и умысла на причинение прямого действительного ущерба в результате изъятия имущества у лица, которому имущество передано для возврата, не возникает. Значит, такое лицо (кассир) не изымает имущество, не причиняет тем самым ущерб и, следовательно, не совершает деяния, предусмотренного ст. 158 УК РФ.
Однако, возможно, такое лицо совершает иное уголовно наказуемое деяние, а именно деяние, предусмотренное ст. 160 УК РФ, т.е. присвоение или растрату чужого имущества, вверенного виновному? Ключевыми моментами для квалификации рассматриваемого случая по указанной статье УК РФ являются субъект преступления как лицо, которому вверено имущество, предмет присвоения или растраты, таковым должно быть имущество, вверенное виновному, а также основания вверения - передача имущества должна быть правомерной, соответствующей закону.
В п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" разъясняется, что противоправное безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться судами как присвоение или растрата, при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. Таким образом, субъектом присвоения или растраты является лицо, которому имущество не просто доверено, но именно вверено в силу таких обстоятельств, как должностное или иное служебное положение, договор либо специальное поручение.
В силу служебных отношений имущество может быть вверено только руководством лица или специально уполномоченным таким руководством иным лицом. В силу договора имущество может быть вверено, но не доверено иным лицом, но в этом случае нужен договор, заключенный в любой форме. При этом и в той, и в другой ситуации лицо, которому имущество вверено, как следует из приведенного положения Постановления Пленума Верховного Суда, должно в силу "вверения" осуществлять полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. Вряд ли можно сказать, что кассир, которому доверили имущество (кошелек), являлся субъектом, требуемым для состава присвоения или растраты, так как по службе или в силу договора имущество доверено ему не было и указанными полномочиями он не располагал.
Аналогичная позиция о необходимости наличия у лица соответствующих полномочий для признания наличия присвоения или растраты высказывается и в литературе. Исследователи отмечают, что "имущество считается вверенным, если собственник или пользователь наделяет лицо, которому оно передается, определенными юридическими правомочиями: пользоваться имуществом в определенных пределах, извлекая его полезные свойства; хранить; реализовать услугу по доставке и т.п. Как правило, вверение предполагает надлежащее оформление этих правомочий - заключение договора пользования, хранения, доставки и т.п." <2>. Наличие же рассматриваемых "правомочий предполагает, что субъект может с определенной степенью свободы или собственного усмотрения распоряжаться или управлять имуществом в интересах того, кто передал ему такого рода полномочия. Один лишь факт передачи имущества для производства работ или использования в качестве сырья не означает, что имущество было вверено" <3>.
--------------------------------
<2> Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Чучаева. М.: Контракт, 2012; СПС "КонсультантПлюс".
<3> Хилюта В.В. Идентификация признаков мошенничества, присвоения и растраты в судебной практике // Уголовное право. 2015. N 5. С. 127 - 130.

Такая же позиция имеется и в судебной практике. Так, приговором Белгородского районного суда К. признан виновным в присвоении переданного ему А. для повторного ремонта двигателя с автобуса стоимостью 250654 руб. Отменяя приговор и прекращая уголовное дело по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления, судебная коллегия по уголовным делам областного суда указала, что субъектом преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата вверенного имущества), может быть лицо, которому это имущество вверено со специальными полномочиями (хранение и т.д.), под обязательство материальной ответственности за его сохранность. Тогда как К. не являлся субъектом таких отношений между ним и А., имели место гражданско-правовые отношения, вытекающие из договора по оказанию К. услуг А. по ремонту принадлежащего последнему двигателя <4>.
--------------------------------
<4> Обзор судебной практики по уголовным делам за сентябрь 2008 года (подготовлен Белгородским областным судом) // СПС "КонсультантПлюс".

Далее в п. 18 Постановления говорится о том, что "решая вопрос об отграничении составов присвоения или растраты от кражи, суды должны установить наличие у лица вышеуказанных полномочий. Совершение тайного хищения чужого имущества лицом, не обладающим такими полномочиями, но имеющим доступ к похищенному имуществу в силу выполняемой работы или иных обстоятельств, должно быть квалифицировано по статье 158 УК РФ" <5>.
--------------------------------
<5> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. N 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2008. N 2. Февраль.

Однако здесь нужно обратить внимание на то, что для состава кражи, как следует из текста Постановления Пленума, необходимо, чтобы лицо имело доступ к похищенному имуществу, т.е. имело соответствующее право по службе (в правах и обязанностях кассира речь может идти только о доступе к получаемым им за товары деньгам), и чтобы лицо совершило хищение, т.е. изъяло имущество у собственника или иного владельца, что в рассматриваемой ситуации, как было показано выше, исключается. Таким образом, на наш взгляд, действия кассира не подпадают ни под признаки состава кражи, ни под признаки состава присвоения или растраты.
Каков же итог рассматриваемой ситуации? Имеется ли в действиях кассира состав хищения? Поддерживаем точку зрения, состоящую в том, что, "если в результате действий лица ущерб причинен не утратой имущества, а, скажем, непередачей должного (речь идет не о невозвращении вверенного лицу имущества, а, в частности, - о невозврате долга), такие действия не могут расцениваться как хищение" <6>.
--------------------------------
<6> Яни П. Квалификация хищений: момент окончания, безвозмездность, ущерб // Законность. 2015. N 12. С. 43 - 47.

Пристатейный библиографический список

1. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под ред. А.И. Чучаева. М.: Контракт, 2012; СПС "КонсультантПлюс".
2. Хилюта В. Присвоение потерянных и забытых вещей // Уголовное право. 2010. N 1.
3. Хилюта В., Бильдейко А. Находка или кража? // Уголовное право. 2014. N 3.
4. Хилюта В.В. Идентификация признаков мошенничества, присвоения и растраты в судебной практике // Уголовное право. 2015. N 5.
5. Яни П. Квалификация хищений: момент окончания, безвозмездность, ущерб // Законность. 2015. N 12.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑