• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 777-08-62 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
28.03.2018

Законопроектом "О внесении изменений в КоАП РФ в части усиления административной ответственности за совершение противоправных деяний на воздушном транспорте" предлагается усилить административную ответственность за такие деяния, как управление воздушным судном лицом, не имеющим права управления им, управление воздушным судном лицом, находящимся в состоянии опьянения, передача управления воздушным судном лицу, находящемуся в состоянии опьянения, невыполнение лицами, находящимися на борту воздушного судна, законных распоряжений командира воздушного судна и др.

21.03.2018

Целями законопроекта "О цифровых финансовых активах" является законодательное закрепление в российском правовом поле определений наиболее широко распространенных в настоящее время финансовых активов, создаваемых и/или выпускаемых с использованием цифровых финансовых технологий, к которым законопроект относит распределенный реестр цифровых транзакций, а также создание правовых условий для привлечения российскими юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями инвестиций путем выпуска токенов, являющихся одним из видов цифровых финансовых активов.

14.03.2018

Законопроектом предусматривается дополнение пункта 2 статьи 12.4 Федерального закона "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", которая устанавливает права и обязанности лиц, осуществляющих рыболовство в экономической зоне, положением об обязанности для таких лиц проходить контрольные пункты (точки) и соблюдать порядок их прохождения, установленные федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства и федеральным органом исполнительной власти по обороне.

Все статьи > О принципе добросовестности (на примере защиты прав добросовестного залогодержателя) (Эмухвари Р.Р.)

О принципе добросовестности (на примере защиты прав добросовестного залогодержателя) (Эмухвари Р.Р.)

Дата размещения статьи: 08.02.2018

О принципе добросовестности (на примере защиты прав добросовестного залогодержателя) (Эмухвари Р.Р.)

В настоящее время принцип добросовестности, нашедший свое законодательное закрепление в ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), является одним из наиболее общих и важных принципов гражданского права, направленных на укрепление нравственных начал гражданско-правового регулирования. Добросовестность призвана "устранять эгоистические наклонности участников оборота и учитывать его интересы и цели", а также "пресекать действия субъектов с "двойным дном", когда лицо знает (могло или должно было знать) реальные обстоятельства дела, но намеренно реализовывает свои права, прикрываясь их внешней законностью" <1>.
--------------------------------
<1> См.: Волков А.В. Принцип добросовестности в современном гражданском праве. URL: http://www.docme.ru/doc/590556/princip-dobrosovestnosti-v-sovremennom-grazhdanskom-prave; Харитонова Ю.С. Добросовестность как принцип управления в частном праве // Гражданское право. 2010. N 3. С. 7 - 10; Борисова Л.В. Добросовестность как регулятор поведения участников гражданских правоотношений // Актуальные вопросы развития юридической науки и практики в современных условиях: Материалы международной научно-практической конференции. Часть. 1 Уфа: РИО БашГУ, 2009. С. 67 - 71 и др.

Согласно действующему ГК РФ положения о добросовестности обязательны при вступлении участников гражданских отношений в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении (п. 2 ст. 434 ГК РФ); при защите лица, полагающегося на данные государственного реестра юридических лиц (п. 2 ст. 51 ГК РФ); для стороны, имеющей право на отказ от договора (п. 4 ст. 450.1 ГК РФ); для защиты приобретателя предъявительских ценных бумаг, а также ордерных и именных ценных бумаг, удостоверяющих денежное требование, от их истребования (п. 3 ст. 147.1 ГК РФ) и др.
В июле 2014 г. вступили в силу нормы ГК РФ о защите прав добросовестного залогодержателя (ст. 335 ГК РФ) и добросовестного приобретателя заложенного имущества (подп. 2 п. 1 ст. 352 ГК РФ). Основой для принятия этих норм стала давно ожидаемая правовая позиция Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) о необходимости защиты не только того, кто покупает недвижимость, доверяя реестру, но и того, кто берет ее в залог. В частности, в деле Лобанова Э.В. против закрытого акционерного общества "Медтехника" и закрытого акционерного общества "Кавалькада" Президиум ВАС РФ указал на то, что исходя из общего принципа равенства участников гражданских отношений (ст. 1 ГК РФ) и необходимости обеспечения стабильности гражданского оборота следует признать, что залогодержатель вправе самостоятельно использовать аналогичный способ защиты своего права залога, ссылаясь на собственную добросовестность. Из материалов дела не следует, что банк "Интеза", действуя разумно и проявляя требующуюся осмотрительность, мог установить наличие признаков приобретения залогодателем объекта ипотеки по сделке с заинтересованностью. В связи с этим оснований для выводов о признании банка "Интеза" недобросовестным залогодержателем и о прекращении ипотеки не имеется <2>. В данном деле впервые ВАС РФ предоставил защиту залогодержателю, приобретшему право залога от несобственника <3>.
--------------------------------
<2> Постановление Президиума ВАС РФ от 26 июля 2011 г. N 2763/11 по делу N А56-24071/2010 [Электронный ресурс]. Доступ из СПС "Гарант".
<3> Подробнее см.: Бевзенко Р.С. Добросовестность залогодержателя как основание приобретения права залога // Вестник ВАС РФ. 2012. N 8. С. 6 - 29.

Правовая позиция по приоритетной защите интересов собственника имущества, а не залогодержателя была впервые сформирована Президиумом ВАС РФ в деле КИТ "Финанс Инвестиционный банк" против ОАО "Акционерный коммерческий банк "АлтайБизнес-Банк". Президиум ВАС РФ отметил, что при рассмотрении данного дела судами не учтено, что запись о праве собственности залогодателя (Бирюкова Ю.Е.) на переданную в залог АлтайБизнес-Банку квартиру была внесена в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним в результате совершения преступления, квалифицированного судом общей юрисдикции как хищение чужого имущества. О факте внесения названной записи действительный собственник не знал и не мог знать. Вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции право собственности на квартиру признано за муниципальным образованием. При таких обстоятельствах собственник похищенного и незаконно заложенного имущества должен быть защищен, в том числе и от требований залогодержателя, действовавшего добросовестно в момент, с которым закон связывает возникновение залога <4>.
--------------------------------
<4> Постановление Президиума ВАС РФ от 6 декабря 2011 г. N 9555/11 по делу N А03-10830/2010 [Электронный ресурс]. Доступ из СПС "КонсультантПлюс".

Как отмечалось, в настоящее время позиция Президиума ВАС РФ о защите прав добросовестного залогодержателя и собственника заложенного имущества нашла отражение в § 3 гл. 23 ("Залог") ГК РФ. При этом в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 февраля 2011 г. N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о залоге" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ N 10) разъяснено, что положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ГК РФ, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ). По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 5 ст. 10 ГК РФ).
Общие критерии оценки действий сторон как добросовестные или недобросовестные перечислены в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее - ВС РФ) от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации". В частности, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота; учитывать содействие другой стороне в получении необходимой информации. Считается недобросовестным предоставление неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны (ст. 434.1 ГК РФ).
Обязанность доказывания недобросовестности залогодержателя возлагается на другую сторону. Но достаточно ли для этого перечисленных в названном Постановлении ВС РФ критериев?
Как нам представляется, отсутствие в разъяснениях высших судебных органов достаточных критериев для оценки добросовестности способно приводить к неверному толкованию. Считаем, что предлагаемые в п. 1 названного Постановления ВС РФ критерии являются обобщенными, а их применение оставляет много нерешенных вопросов. Аналогичный вывод следует и при оценке п. 25 Постановления Пленума ВАС РФ N 10, согласно которому исходя из требования добросовестности суды должны установить, был ли вручен приобретателю первоначальный экземпляр документа, свидетельствующего о праве продавца на продаваемое имущество (например, паспорт транспортного средства), либо его дубликат; имелись ли на заложенном имуществе в момент его передачи приобретателю знаки о залоге.
Полагаем, что на пользу правоприменению пошло бы установление более детальных критериев для оценки добросовестности залогодержателя. Наиболее показательны в этом отношении признаки соответствия действий (бездействия) членов органа юридического лица (директора) требованиям разумности и добросовестности, перечисленные в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица": директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица; скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица; совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица и др.
Для оценки добросовестности залогодержателя должны быть обобщены критерии, используемые в сложившейся судебной практике. Так, в решении по делу N 33-9877/2017 от 16 мая 2017 г. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ОАО "АФ Банк" - Герасимова А.А. на решение Демского районного суда г. Уфы, отметила следующее.
Как установлено судом первой инстанции, договор залога между Обществом и Банком заключен после заключения договоров лизинга и передачи предмета лизинга лизингополучателям. В нарушение требований п. 3 ст. 18 Закона от 29.10.1998 N 164-ФЗ лизингодатель (Общество) в период действия договора лизинга не предупредил лизингополучателя (предпринимателя) о заключении договора залога в отношении предметов лизинга.
Поскольку транспортные средства с даты заключения договоров лизинга находились во владении лизингополучателей и в материалы дела не представлено доказательств иного, Банк при должной степени заботливости и осмотрительности, как разумный участник делового оборота, заключая договор залога транспортных средств, мог и должен был установить, что транспортные средства находятся во владении иного лица, а не Общества, и выяснить основания владения.
Согласно разъяснениям, приведенным в п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ N 17, в том случае, когда залогодержатель знал или должен был знать о том, что предмет залога является одновременно предметом лизинга, надлежащее исполнение лизингополучателем обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, означает прекращение договора лизинга в связи с надлежащим исполнением его сторонами своих обязательств (ст. 408 ГК РФ), вследствие чего залог предмета лизинга прекращается применительно к п. 2 ст. 354 ГК РФ, при этом положения ст. 353 ГК РФ к отношениям сторон применению не подлежат.
Ввиду того что лизингополучатели в соответствии с условиями договоров лизинга внесли все лизинговые платежи, в том числе выкупные, к ним перешли права собственности на предмет лизинга и прекратились права залога Банка, который должен был знать о том, что транспортные средства находятся во владении и пользовании лизингополучателей на основании договора лизинга.
На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оснований для удовлетворения исковых требований об обращении взыскания на вышеуказанные автомобили не имеется <5>.
--------------------------------
<5> Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан по делу N 33-9877/2017 от 16 мая 2017 г. [Электронный ресурс]. Доступ из СПС "КонсультантПлюс".

Считаем, что в Постановлении Пленума ВАС РФ N 10 необходимо выделить различные группы субъектов (залогодержателей) в зависимости от предъявляемых к ним уровней предусмотрительности. То есть следует принять во внимание то, что, например, банк как профессиональный залогодержатель предполагается более компетентным в сфере финансов и обеспечительных сделок, нежели обычный гражданин, следовательно, от него можно требовать большего уровня предусмотрительности в проверке полномочий контрагента.
Разъяснению подлежит вопрос ограничения прав собственника, у которого помимо его воли возникают права залогодателя по отношению к имуществу, находящемуся у добросовестного залогодержателя, ведь в случае, если переданная в залог вещь была утеряна или похищена либо иным путем выбыла из владения собственника помимо воли, он обратно получает вещь с обременением добросовестного залогодержателя, который сохраняет залоговое право.
Полагаем, что более развернутые разъяснения по названным и иным возникающим в судебной практике вопросам защиты прав добросовестного залогодержателя позволят обеспечить единство судебной практики. В обратном же случае отвечать на них будет правоприменение, причем во многом произвольно (с учетом конкретных обстоятельств дела, использования аналогичных решений судов и т.д.), что не исключит возможности неверного толкования и ошибок.

Литература

1. Бевзенко Р.С. Добросовестность залогодержателя как основание приобретения права залога / Р.С. Бевзенко // Вестник ВАС РФ. 2012. N 8. С. 6 - 29.
2. Борисова Л.В. Добросовестность как регулятор поведения участников гражданских правоотношений / Л.В. Борисова // Актуальные вопросы развития юридической науки и практики в современных условиях: Материалы международной научно-практической конференции. Часть 1. Уфа: РИО БашГУ, 2009. С. 67 - 71.
3. Волков А.В. Принцип добросовестности в современном гражданском праве / А.В. Волков. URL: http://www.docme.ru/doc/590556/princip-dobrosovestnosti-v-sovremennom-grazhdanskom-prave.
4. Харитонова Ю.С. Добросовестность как принцип управления в частном праве / Ю.С. Харитонова // Гражданское право. 2010. N 3. С. 7 - 10.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑