• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
28.03.2018

Законопроектом "О внесении изменений в КоАП РФ в части усиления административной ответственности за совершение противоправных деяний на воздушном транспорте" предлагается усилить административную ответственность за такие деяния, как управление воздушным судном лицом, не имеющим права управления им, управление воздушным судном лицом, находящимся в состоянии опьянения, передача управления воздушным судном лицу, находящемуся в состоянии опьянения, невыполнение лицами, находящимися на борту воздушного судна, законных распоряжений командира воздушного судна и др.

21.03.2018

Целями законопроекта "О цифровых финансовых активах" является законодательное закрепление в российском правовом поле определений наиболее широко распространенных в настоящее время финансовых активов, создаваемых и/или выпускаемых с использованием цифровых финансовых технологий, к которым законопроект относит распределенный реестр цифровых транзакций, а также создание правовых условий для привлечения российскими юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями инвестиций путем выпуска токенов, являющихся одним из видов цифровых финансовых активов.

14.03.2018

Законопроектом предусматривается дополнение пункта 2 статьи 12.4 Федерального закона "Об исключительной экономической зоне Российской Федерации", которая устанавливает права и обязанности лиц, осуществляющих рыболовство в экономической зоне, положением об обязанности для таких лиц проходить контрольные пункты (точки) и соблюдать порядок их прохождения, установленные федеральным органом исполнительной власти в области обеспечения безопасности по согласованию с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства и федеральным органом исполнительной власти по обороне.

Все статьи > Становление и развитие корпоративного договора в зарубежном и российском праве (Кокорев С.В.)

Становление и развитие корпоративного договора в зарубежном и российском праве (Кокорев С.В.)

Дата размещения статьи: 08.02.2018

Становление и развитие корпоративного договора в зарубежном и российском праве (Кокорев С.В.)

Новеллы Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также - ГК РФ) о юридических лицах, вступившие в силу с 1 сентября 2014 г. <1>, ввели в ГК РФ правовой институт корпоративного договора, регулирующий отношения между участниками хозяйственных обществ по поводу осуществления ими своих корпоративных прав.
--------------------------------
<1> О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации: Федеральный закон от 5 мая 2014 г. N 99-ФЗ // Российская газета. N 101. 2014. 7 мая.

Данный правовой институт, хотя и существовал в российском праве до реформы 2014 г. в несколько ином виде (акционерные соглашения и договоры об осуществлении прав участников ООО), все равно появился в нем сравнительно недавно (2000-е годы). На протяжении своего существования в России корпоративные договоры были обделены практическим вниманием ввиду различных объективных и субъективных причин. Сейчас институт получает в российском праве "второе рождение", так как новые нормы о корпоративном договоре во многом отличаются от старых правил.
С целью детального изучения обновленного института корпоративного договора в российском праве, предпосылок его появления и возможного развития необходимо рассмотреть зарубежный опыт регулирования сходных правоотношений. При этом зарубежное право (романо-германской и англосаксонской правовых семей) имеет длительный и широкий опыт регулирования и доктринального обоснования такого рода договоров.
Комплексный анализ зарубежного опыта проведен многими отечественными юристами, чьи труды заслуживают пристального внимания.
В частности, профессор Е.А. Суханов <2>, анализируя возникновение корпоративных соглашений в немецком праве, указывает, что попытки заключения соглашений о голосовании между участниками обществ с ограниченной ответственностью стали известны немецкому праву едва ли не с момента появления самой этой разновидности корпораций (т.е. на рубеже XIX и XX вв.).
--------------------------------
<2> Суханов Е.А. Сравнительное корпоративное право. М.: Статут, 2014. 456 с.

Долгое время такие соглашения признавались разновидностями простого товарищества (товарищества гражданского права) и даже прямо именовались договорами о синдикате. Этот взгляд долгое время господствовал в западноевропейской доктрине и лишь в последнее двадцатилетие стал подвергаться сомнению, поскольку соглашения об обязанности голосования заключаются не для достижения совместной хозяйственной цели, а для обеспечения взаимного влияния на деятельность корпорации.
Поэтому теперь они чаще рассматриваются как "договоры, связывающие право голоса" или "договоры, связывающие акционеров", т.е. договоры об осуществлении прав акционеров, причем касающиеся главным образом или даже исключительно права на голосование. "Договоры о связанном голосовании" допускаются здесь лишь в отношении согласованного по конкретным вопросам голосования на конкретных собраниях акционеров или на определенный период на всех собраниях, если при этом не происходит скупки голосов, не нарушаются императивные принципы акционерного права и "добрые нравы" (например, запрещено голосование по указанию акционера, не участвующего в голосовании).
Другие авторы указывают, что наравне с изложенным в немецком праве отсутствует целостное правовое регулирование обязательственно-правовых отношений, возникающих в связи с заключением договора об установлении и реализации прав и обязанностей участников определенного общества <3>. Скорее, существует регулирование отдельных вопросов в форме абзаца второго § 136 германского Закона об АО (Aktiengesetz) <4>. В части, не покрываемой указанной нормой, суды, разрешая споры, обычно опираются при вынесении решений на общие принципы гражданского права и общетеоретические конструкции. Суды проверяют действительность подобных соглашений и допустимость тех или иных отдельных их условий через обращение к общим принципам, балансируя между свободой договора, с одной стороны, и запретом нарушения императивных, или так называемых вышестоящих, норм - с другой.
--------------------------------
<3> Степанов Д.И., Фогель В.А., Шрамм Х.-И. Корпоративный договор: подходы российского и немецкого права к отдельным вопросам регулирования // Вестник ВАС РФ. 2012. N 10. С. 22 - 69.
<4> Aktiengesetz. URL: http://www.gesetze-im-internet.de/bundesrecht/aktg/gesamt.pdf (дата обращения: 16.03.2017).

При этом в практике немецкого корпоративного управления применение таких соглашений встречается довольно часто. Так, акционерные соглашения применяются с целью сохранения учредителем и членами его семьи контроля и влияния при проведении общего собрания. Другая сфера применения таких соглашений - создание совместных предприятий и избежание возникновения патовых ситуаций (дэдлоков), с тем чтобы общество имело возможность продолжать свою дальнейшую деятельность. Наконец, эти соглашения применяются инвесторами как для обеспечения своих миноритарных прав участников общества, так и для защиты от того, чтобы отдельный участник общества обеспечивал свои интересы за счет общества.
Анализируя практику правового регулирования корпоративного договора в немецком праве, можно согласиться с Е.А. Сухановым, что в праве данной страны общепризнана обязательственно-правовая, а не корпоративная природа таких договоров. Такие договоры являются обыкновенными гражданско-правовыми договорами, а не корпоративными актами <5>.
--------------------------------
<5> Суханов Е.А. Очерк сравнительного корпоративного права // Проблемы развития частного права: Сборник статей к юбилею Владимира Саурсеевича Ема / Отв. ред. Е.А. Суханов, Н.В. Козлова. М.: Статут, 2011. С. 156 - 198.

Это связано с тем, что в немецкой доктрине, главным образом благодаря трудам Отто фон Гирке, давно утвердилась органическая концепция юридического лица, коренным образом отличающаяся от концепции договорной <6>. Согласно господствующим в немецкой науке идеям, корпорация - не "продукт" согласования воль физических лиц и заключения ими договора, становящегося учредительным документом, а самостоятельный, сверхиндивидуальный субъект права, который нельзя охарактеризовать как простую совокупность граждан. Эта теория получила широкое распространение и сегодня является доминирующей в романо-германской правовой семье <7>.
--------------------------------
<6> Федоров С.И. Правовое регулирование корпоративных договоров и модернизация гражданского права России // Вестник гражданского права. 2013. N 1. С. 52 - 96.
<7> Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории: Учеб. пособие / Науч. ред. В.С. Ем. М.: Статут, 2003. 318 с.

Между тем в англосаксонской правовой семье корпоративные соглашения (shareholders' agreements) имеют гораздо большее значение, нежели в романо-германской, поскольку в настоящее время они во многих случаях выполняют функции внутренних документов (bylaws) закрытых компаний, которыми можно даже отменять или изменять нормы их уставов ("статей объединения" - articles of incorporation) <8>.
--------------------------------
<8> Суханов Е.А. Сравнительное корпоративное право. С. 227.

Это связано с тем, что в рамках англосаксонской концепции "конституция" юридического лица состоит из упомянутых "статей объединения" и "меморандума объединения" (memorandum of association) (аналог учредительного договора), которые имеют договорный характер <9>. Здесь отражается договорная концепция юридического лица в англосаксонской правовой семье: все учредительные документы имеют договорную природу и изменяются также посредством договора.
--------------------------------
<9> Федоров С.И. Указ. соч. С. 57.

Таким образом, англосаксонская концепция корпорации позволяет рассматривать акционерное соглашение как корпоративный акт. Такой подход к правовой природе акционерных соглашений последовательно возник в законодательстве и правоприменительной практике Великобритании и США.
Широкое исследование развития корпоративных договоров в Великобритании и США проведено М.С. Варюшиным <10>. Остановимся на развитии корпоративных договоров в Англии и Великобритании в целом.
--------------------------------
<10> Варюшин М.С. Генезис и эволюция корпоративных договоров в корпоративном праве Англии и США // Законодательство и экономика. 2013. N 9. С. 63 - 69.

М.С. Варюшиным установлено, что первые упоминания о корпоративных договорах встречаются в решениях английских судов 40-х годов XIX столетия. Начиная с 1825 г., когда Правительством Англии был взят курс на laissez aller (неограниченная свобода), акционерные компании оказались подчиненными действию общего права. Именно тогда корпоративные договоры, как их называли, shareholder's agreements (соглашения акционеров) получили широкое распространение. Однако при схожести терминологии соглашения акционеров 1840-х годов представляли собой учредительные договоры акционерных товариществ, в которых устанавливался размер уставного капитала и ежегодно распределяемых дивидендов. С принятием Limited Liability Act 1855 и Companies Act 1856 принцип ограниченной ответственности получил нормативное закрепление, а в английской доктрине корпоративные отношения стали разграничивать на отношения между корпорацией и акционерами, с одной стороны, и собственно между акционерами - с другой. Последнее и породило двойственность корпоративного договора, ранее бывшего простой учредительной сделкой.
Проблема признания корпоративных договоров в современном понимании долгое время оставалась неразрешенной, о чем свидетельствует противоречивая судебная практика английских судов. Прецедентным стало решение по делу Russel v. Northern Bank Development Corporation Ltd. (1992), где Палата лордов провела отличие между обязательством компании, которое ограничивало законную возможность компании изменить устав либо увеличить уставный капитал, и соглашением акционеров, согласно условиям которого они будут осуществлять принадлежащие им права голоса по акциям определенным образом, если на повестке собрания будет поставлен вопрос об увеличении уставного капитала либо изменении устава. Первое обязательство является недействительным как противоречащее закону ограничение статутных правомочий корпорации. Последнее же, по крайней мере до тех пор, пока оно не преследует цель обязать будущих акционеров соблюдать подобное соглашение, является действительным. Однако это не означает, что компания не может быть субъектом корпоративных договоров в принципе. Просто круг обязательств компании будет значительно уже.
В настоящее время, согласно ст. 17 Закона о компаниях 2006 г. (Companies Act 2006), учредительные документы ("конституция") компании состоят из устава, а также резолюций и корпоративных договоров <11>. Данной статьей предусмотрена возможность менять корпоративным соглашением нормы устава компании, в том числе ограничивать полномочия совета директоров, предоставлять отдельным участникам "усиленное право голоса", устанавливать структуру управления (отличную от предусмотренной уставом) и типы акций (долей) и т.д.
--------------------------------
<11> Companies Act 2006. URL: http://www.legislation.gov.uk/uk-pga/2006/46/contents (дата обращения: 16.03.2017).

По мнению Е.А. Суханова, ограничителем здесь являются достаточно абстрактные требования соответствия такого соглашения "публичному порядку" и интересам третьих лиц (не только управляющих, наемных работников, но также и кредиторов компании) <12>. В случае участия в таком соглашении корпорации в целом оно становится обязательным не только для нее, но в определенной мере и для ее контрагентов; допустимо также участие в нем и различных третьих лиц, не являющихся участниками корпорации.
--------------------------------
<12> Суханов Е.А. Сравнительное корпоративное право. С. 228.

Таким образом, прослеживается главное отличие концепции корпоративного договора в англосаксонской правовой семье от взгляда на такой договор в романо-германской правовой семье - выходя за границы обязательственных отношений только между участниками (акционерами) компании, такой договор получает силу корпоративного акта, т.е. имеющего корпоративно-правовое влияние на компанию, а иногда и на третьих лиц.
Проведенный анализ зарубежного опыта регулирования корпоративных договоров позволяет взглянуть под иным углом на появление и развитие данного института в российском праве.
Следует отметить, что на законодательном уровне возможность заключения акционерных соглашений была признана в 2009 г., а договоров об осуществлении прав участников общества в ООО - в 2008 г. Однако и до принятия соответствующих норм такие соглашения заключались в российских корпорациях.
И.С. Шиткина указывает, что в случае отклонения содержания тех соглашений от норм корпоративного законодательства российские суды применяли нормы законодательства, игнорируя положения заключенного между акционерами договора <13>. Таким образом, судебной защите подлежали лишь те положения договоров, которые развивали нормы законодательства (например, об объединении голосов акционеров при образовании единоличного исполнительного органа и т.п.). Соглашения, содержащие такие нормы, получили условное название "соглашения миноритариев".
--------------------------------
<13> Корпоративное право: Учебник / Отв. ред. И.С. Шиткина. 2-е изд., перераб. и доп. М.: КНОРУС, 2015. 1080 с.

В дальнейшем регулирование корпоративных соглашений было закреплено на уровне специальных законов о хозяйственных обществах. Первыми были внесены изменения в Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее также - Закон об ООО): в 2008 г. ст. 8 ("Права участников общества") указанного Федерального закона была дополнена пунктом 3, в котором говорилось о возможности заключения договора об осуществлении прав участников общества <14>. Стороны такого договора, согласно указанному пункту, обязывались осуществлять определенным образом свои права либо воздерживаться от осуществления указанных прав.
--------------------------------
<14> О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации: Федеральный закон от 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ // Российская газета. N 267. 2008. 31 декабря.

Следующим этапом стало введение в Федеральный закон "Об акционерных обществах" новой статьи под номером 32.1 <15>. Данная статья, так же как и в Законе об ООО, была основана на обязательственно-правовой природе акционерных соглашений. Указание в п. 1 упомянутой статьи на то, что акционерным соглашением является договор об осуществлении прав, удостоверенных акциями, и (или) прав на акции, говорит о том, что соглашение не могло создавать новых корпоративных прав и не могло менять объем уже имеющихся. Об обязательственной природе соглашения также говорила и его обязательность только для сторон, и невозможность признания недействительными решений органов общества в связи с нарушением соглашения.
--------------------------------
<15> О внесении изменений в Федеральный закон "Об акционерных обществах" и статью 30 Федерального закона "О рынке ценных бумаг": Федеральный закон от 3 июня 2009 г. N 115-ФЗ // СЗ РФ. 2009. N 23. Ст. 2770.

18 июля 2008 г. был издан Указ Президента России N 1108 <16>, которым было поручено разработать концепцию развития гражданского законодательства Российской Федерации. Разработанной Советом при Президенте Российской Федерации по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства Концепцией предусматривались многочисленные и системные изменения в гражданское законодательство РФ, в том числе и в корпоративное.
--------------------------------
<16> О совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации: Указ Президента Российской Федерации от 18.07.2008 N 1108 // СЗ РФ. 2008. N 29 (ч. 1). Ст. 3482.

В данной Концепции предлагалось последовательное законодательное закрепление основных постулатов романо-германской модели корпоративного соглашения: указанные соглашения не могут менять корпоративную структуру, порядок принятия корпоративных решений и иные корпоративные правила, устанавливаемые в расчете на третьих лиц, не являющихся участниками соглашения акционеров; их условия не могут противоречить законодательным, в том числе антимонопольным, запретам, природе отношений или публичным интересам, а также служить основанием для признания недействительными решений органов хозяйственного общества.
После опубликования проекта поправок в ГК РФ, первоначально разработанных Советом, началось его бурное обсуждение в различных министерствах и ведомствах, а также на специально посвященных этому вопросу совещаниях. Противоборствующие стороны основывали свои позиции соответственно на концепциях романо-германского и англосаксонского права. В ходе этих обсуждений их участникам удалось достичь определенных "компромиссных" решений.
В результате ст. 67.2 ГК РФ (посредством которой в Кодекс введен обновленный институт корпоративного договора) довольно эклектично вобрала в себя особенности обеих концепций: с одной стороны - отсутствие корпоративного договора в перечне учредительных документов компании (а следовательно, и возможности изменения посредством такого договора ее корпоративной структуры) и невозможность создания посредством договора обязанностей для лиц, не участвующих в договоре, а с другой стороны - появление возможности заключения подобных договоров с лицами, не являющимися участниками общества (кредиторами и т.д.), возможность (в определенных случаях) признания решения органа общества недействительным, принятым в нарушение корпоративного договора, а также право участников хозяйственного общества посредством такого договора изменять правило пропорционального объема правомочий, вытекающего из конкретного количества долей или акций.
Большинство авторов оценивают такие новеллы скорее в негативном ключе, чем в положительном. Между тем наравне с объективными опасениями за интересы миноритариев и иных лиц, которые теперь могут быть законными способами фактически отстранены от управления корпорацией, существуют и положительные моменты. Законодательство стало более гибким, позволяющим применять в соответствии с законом нестандартные (по крайней мере для российского права) корпоративные механизмы управления (например, изменение правила пропорционального объема правомочий из акций (долей); заключение "квазикорпоративного" договора с третьими лицами и т.д.).
С другой стороны, тот правовой эффект, который изначально закладывался в смысл корпоративного договора в англосаксонской правовой семье, является труднодостижимым в реалиях российского права (относящегося к романо-германской правовой семье), где сложившаяся концепция юридического лица препятствует функционированию корпоративного договора как корпоративного акта в полной мере.

Литература

1. Варюшин М.С. Генезис и эволюция корпоративных договоров в корпоративном праве Англии и США / М.С. Варюшин // Законодательство и экономика. 2013. N 9. С. 63 - 69.
2. Козлова Н.В. Понятие и сущность юридического лица. Очерк истории и теории: Учеб. пособие / Н.В. Козлова; Науч. ред. В.С. Ем. М.: Статут, 2003. 318 с.
3. Корпоративное право: Учебник / Е.Г. Афанасьева и др.; Отв. ред. И.С. Шиткина. 2-е изд., перераб. и доп. М.: КНОРУС, 2015. 1080 с.
4. Суханов Е.А. Очерк сравнительного корпоративного права / Е.А. Суханов // Проблемы развития частного права: Сборник статей к юбилею Владимира Саурсеевича Ема. М.: Статут, 2011. С. 156 - 198.
5. Суханов Е.А. Сравнительное корпоративное право / Е.А. Суханов. М.: Статут, 2014. 456 с.
6. Степанов Д.И. Корпоративный договор: подходы российского и немецкого права к отдельным вопросам регулирования / Д.И. Степанов, В.А. Фогель, Х.-И. Шрамм // Вестник ВАС РФ. 2012. N 10. С. 22 - 69.
7. Федоров С.И. Правовое регулирование корпоративных договоров и модернизация гражданского права России / С.И. Федоров // Вестник гражданского права. 2013. N 1. С. 52 - 96.
8. Companies Act 2006. URL: http://www.legislation.gov.uk/ukpga/2006/46/contents].
9. Aktiengesetz. URL: http://www.gesetze-im-internet.de/bundesrecht/aktg/gesamt.pdf].

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑