• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
19.04.2019

Законопроектом "О внесении изменения в статью 217 части второй Налогового кодекса Российской Федерации" предлагается установить, что суммы материальной помощи, не превышающие 4 000 рублей в год, выплачиваемые организацией, осуществляющей образовательную деятельность по основным профессиональным образовательным программам, студентам, аспирантам, адъюнктам, ординаторам и ассистентам-стажерам освобождаются от налогообложения.

08.04.2019

Законопроект "О жилищных субсидиях многодетным семьямнаправлен на улучшение демографической структуры современного российского общества и социально-экономического состояния государства. Кроме того, его принятие будет способствовать развитию сельской местности на территории России, что является немаловажным моментом на фоне сегодняшней урбанизации, то есть процесса роста городов, в связи с чем повышения удельного веса городского населения, возрастания роли городов во всех сферах жизни общества и преобладание городского образа жизни над сельским на всей территории страны.

30.03.2019

Законопроект направлен на установление новеллы, которая позволит обеспечить и защитить права и интересы вкладчиков, оказавшихся жертвами недобросовестных кредитных организаций, которые не включили указанных вкладчиков - физических лиц в реестр вкладчиков по различным причинам. Десятки тысяч добросовестных граждан нашей страны, лишившихся зачастую последних средств к существованию, будут иметь дополнительные гарантии защиты своих прав и могут быть уверены, что государство защитит их интересы и сбережения.

Все статьи > Понятие и виды недобросовестной конкуренции в проекте изменений законодательства о защите конкуренции (Паращук С.А.)

Понятие и виды недобросовестной конкуренции в проекте изменений законодательства о защите конкуренции (Паращук С.А.)

Дата размещения статьи: 20.06.2015

Понятие и виды недобросовестной конкуренции в проекте изменений законодательства о защите конкуренции (Паращук С.А.)

В настоящее время подготовлен и проходит обсуждение проект Федерального закона (далее - Проект) о внесении изменений в Федеральный закон от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее - Закон о защите конкуренции) <1>, посвященный запрещению недобросовестной конкуренции. В Проекте предлагается изложить ст. 14 Закона в новой редакции, в которой предусмотреть общие положения о запрете недобросовестной конкуренции. Следует констатировать, что Проект отражает следующие тенденции законотворчества в отношении рассматриваемой правовой категории:
--------------------------------
<1> СЗ РФ. 2006. N 31 (1 ч.). Ст. 3434.

- развитие и совершенствование норм о недобросовестной конкуренции в России происходит в рамках единого Закона о защите конкуренции, а не путем принятия специального законодательного акта;
- запрещение недобросовестной конкуренции осуществляется в рамках правовой конструкции общего запрета данного правонарушения, а также примерного перечня специальных запретов отдельных актов недобросовестной конкуренции. Проект предусматривает введение целого ряда новых запретов.
Конструкция общего запрета, как правило, исследуется в рамках понятия недобросовестной конкуренции, а специальные запреты понимаются как виды данного правонарушения.
Конструкции общего и специального запретов прежде всего предусмотрены актами международного права, в которых участвует Российская Федерация, в частности в Парижской конвенции по охране промышленной собственности 1883 г. <2> (п. п. 2 и 3 ст. 10-bis), Договоре о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г. <3> (ст. 76 Договора, подп. 14 п. 2 Протокола об общих принципах и правилах конкуренции), Договоре стран СНГ о проведении согласованной антимонопольной политики от 25 января 2000 г. <4> (ст. 1, 3) и др.
--------------------------------
<2> Закон. 1999. N 7 (извлечение). СССР подписал Конвенцию 12 октября 1967 г.
<3> Официальный сайт Евразийской экономической комиссии. URL: http://www.eurasiancommission.org/.
<4> Бюллетень международных договоров. 2008. N 2. С. 4 - 13.

Такой подход восприняло и национальное российское законодательство о защите конкуренции, причем с момента принятия Закона РСФСР от 22 марта 1991 г. "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" (ст. 4 и 10). Действующий Закон о защите конкуренции полностью сохранил данную традицию, свидетельством чего являются соответствующие нормы п. 9 ст. 4 и ст. 14.
Если говорить о сущности такого подхода, то следует согласиться с позицией ряда авторов о невозможности определения исчерпывающего перечня видов недобросовестной конкуренции, учитывая, что появляются и будут появляться все новые их модификации <5>. Поэтому конструкция общего запрета недобросовестной конкуренции имеет важное значение для квалификации конкретного поведения в качестве недобросовестной конкуренции.
--------------------------------
<5> См.: Еременко В.И. Соотношение интеллектуальной собственности и недобросовестной конкуренции // Конкурентное право. 2014. N 3. С. 13 - 25; Кинев А.Ю. Современные проблемы административно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции // Актуальные проблемы российского права. 2013. N 6. С. 679 - 688; Городов О.А. Недобросовестная конкуренция: теория и правоприменительная практика. М.: Статут, 2008. 216 с.

Несмотря на то что в научных исследованиях и при определении общих понятий в законодательстве общая конструкция недобросовестной конкуренции зачастую выступает на передний план, ее применение на практике как судами, так и антимонопольными органами должно быть сугубо факультативным. При квалификации поведения в качестве правонарушения приоритет принадлежит специальным запретам, а при отсутствии таких запретов может быть применена норма об общем запрете.
Так, суды и антимонопольные органы руководствуются следующими общими запретами на недобросовестную конкуренцию:
- нормой п. 2 ст. 10-bis Парижской конвенции: актом недобросовестной конкуренции признается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах;
- нормой п. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции: недобросовестная конкуренция - любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.
Суды также имеют возможность во взаимосвязи с указанными общими запретами применять общий запрет на злоупотребление правом, предусмотренный ч. 1 ст. 10 ГК РФ: не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В научной литературе конструкцию общего запрета на недобросовестную конкуренцию связывают прежде всего с принципом "генерального деликта" <6>. По мнению В.И. Еременко, "в законах, где предусмотрено легальное определение понятия недобросовестной конкуренции, последнее играет роль общего запрета правонарушения (генерального деликта)... Легальное, то есть законодательное определение недобросовестной конкуренции, - редкость в мировой практике... и присуще, как правило, законодательствам тех стран, которые впервые приняли такие законы или вновь возобновили после определенного перерыва правовое регулирование пресечения недобросовестной конкуренции" <7>.
--------------------------------
<6> См.: Волков А.В. Недобросовестная конкуренция и злоупотребления доминирующим положением на рынке как формы злоупотребления правом // Законность. 2009. N 11. С. 31 - 35.
<7> Еременко В.И. Правовое регулирование конкурентных правоотношений в России и за рубежом: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2001. С. 151.

Истоки такого подхода в литературе считают исторически основанными на доктрине и судебной практике Франции, в связи с чем на данном вопросе следует остановиться более подробно.
Для защиты субъективных прав участников рынка, а также "добрых" и "честных" правил на рынке <8> французские суды основывались на общих нормах гражданского права о возмещении вреда (ст. 1382 и 1383 ФГК). Так, согласно ст. 1382 ФГК "какое бы то ни было действие человека, которое причиняет другому ущерб, обязывает того, по чьей вине ущерб произошел, к возмещению ущерба" <9>. Как писал Г.Ф. Шершеневич, в распоряжении французской судебной практики оказалась только ст. 1382 Гражданского кодекса, около которой она успела в течение XIX в. создать целую сложную систему защиты предприятий против недобросовестной конкуренции, concurence deloyale <10>. Суды и доктрина разработали новую форму иска - иск о пресечении актов недобросовестной конкуренции. Соответственно, такое пресечение осуществлялось французскими судами с учетом применения указанных норм о деликтной ответственности, а также с использованием конструкции злоупотребления правом, которая была сформирована также судебной практикой и доктриной. Злоупотребление правом в данном случае понималось как "чрезмерное использование конкуренции". Согласно этой теории в конкурентной борьбе должен действовать принцип недопустимости злоупотребления правом, так как сама по себе конкуренция является правомерной и соответствует естественному ходу вещей. Если предприниматель в процессе конкурентной борьбы причиняет вред конкурентам посредством использования достижений науки и техники, умения вести дело, т.е. добросовестной конкуренции, то такое причинение вреда не является противоправным, так как основывается на использовании принципа права свободной конкуренции. Так, во Франции существует перечень прав "причинять помехи другому лицу" <11>. В частности, к ним относится право конкурировать в любой области с другим лицом даже и таким способом, как переманивание клиентуры или захват более удобного места. Однако это право конкурировать является законным лишь до тех пор, пока оно осуществляется добросовестно <12>. Таким образом, судебная практика и доктрина Франции основывались на таких важнейших принципах осуществления права, как добросовестность, честность, и что правила на рынке должны быть соответствующими, т.е. "добрыми" и "честными". Соответственно, категории "добросовестность", "честность" в дальнейшем получают широкое распространение в праве на защиту от недобросовестной конкуренции. Так, противоречие всяких актов конкуренции "честным обычаям" было закреплено в общем запрете недобросовестной конкуренции (п. 2 ст. 10-bis Парижской конвенции).
--------------------------------
<8> См.: Чудинов О.Р. Виды недобросовестной конкуренции в соответствии с гражданским правом Франции // Российский юридический журнал. 2011. N 2. С. 83 - 93.
<9> См.: Французский гражданский кодекс: Учеб.-практ. комментарий / Пер. с фр., комментарии Ю. Гонгало, А. Грядова, К. Криеф-Семитко и др. М., 2008. С. 492.
<10> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. М., 2003. Т. 2. С. 105.
<11> См.: Саватье Р. Теория обязательств. М.: Прогресс, 1972. С. 335.
<12> Там же.

Важно отметить, что французские суды и доктрина пошли также по пути обобщения прецедентов. В результате обобщения в праве появились следующие виды запрещенных действий: 1) ведущие к смешению; 2) по дискредитации конкурента; 3) приводящие к дезорганизации деятельности и предприятия конкурента; 4) по дезорганизации рынка <13>. Основные составы указанных запретов, в частности на смешение и дискредитацию, были отражены в п. 3 ст. 10-bis Парижской конвенции.
--------------------------------
<13> Roubier P. Theorie generale de Faction en concurrence deloyale // Revue trimestrielle de droit commercial et de droit economique. 1948. P. 541.

Таким образом, на основе принципа генерального деликта, т.е. норм о возмещении вреда, в сочетании с конструкцией злоупотребления правом были разработаны как специальные составы запретов, так и общие запреты недобросовестной конкуренции, в том числе содержащие определение данного понятия. Так, первоначально Закон Германии против недобросовестной конкуренции 1896 г. не содержал общего запрета (общего определения) недобросовестной конкуренции, перечисляя лишь некоторые типичные случаи противоправных действий: запреты на осуществление действий, влекущих разглашение коммерческой тайны, введение в заблуждение, дискредитацию конкурента, однако в 1909 г. был дополнен общим запретом недобросовестной конкуренции как противоречащей добрым правам <14>.
--------------------------------
<14> См.: Основы германского и международного экономического права: Учеб. пособие / Х.И. Шмидт-Тренц, Ю. Плате, М. Пашке и др. СПб., 2007. С. 616 - 640.

Действующий Закон ФРГ о недобросовестной конкуренции от 3 июля 2004 г. (Gesetz gegen den unlauteren Wettbewerb (UWG) <15> содержит общий запрет на недобросовестные коммерческие действия, который сформулирован в § 3 Закона. Прежде всего в п. 1 § 3 Закона указывается, что "недобросовестные коммерческие действия недопустимы, если они способны чувствительно ограничить интересы конкурентов, потребителей или иных участников рынка".
--------------------------------
<15> URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/text.jsp?file_id=126202.

Также для толкования общего запрета является важным положение § 1 данного Закона, определяющего цели Закона: "Настоящий Закон служит целям защиты конкурентов и потребителей, а также иных участников рынка от недобросовестных коммерческих действий. Одновременно он защищает интерес общества в существовании неискаженной конкуренции" <16>.
--------------------------------
<16> URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/text.jsp?file_id=126202.

В общем запрете п. 2 § 3 Закона указаны следующие основные условия:
- подлежат запрету недобросовестные коммерческие действия (при этом в специальной норме § 5a Закон запрещает введение в заблуждение путем бездействия);
- действия недопустимы, если способны чувствительно ограничить (т.е. нарушить) интересы конкурентов, потребителей или иных участников рынка;
- действия (бездействие) абсолютно недопустимы, т.е. недопустимы в любом случае, если они являются "профессионально недобросовестными" и вводят потребителей в заблуждение, при этом выявляется мнение так называемого среднего потребителя.
Теперь следует обратиться к анализу Проекта изменений в российский Закон о защите конкуренции. В новой редакции ст. 14 Закона лишь указывается, что "признаются недобросовестной конкуренцией, запрещаются и влекут наступление последствий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, действия хозяйствующего субъекта (группы лиц), которые при этом содержат признаки недобросовестной конкуренции, указанные в пункте 9 статьи 4 настоящего Закона, в том числе действия, указанные в настоящей главе. К действиям хозяйствующего субъекта (группы лиц), признающимся недобросовестной конкуренцией в соответствии с настоящим Законом, которые совершены только путем распространения рекламы, подлежат применению требования законодательства Российской Федерации о рекламе".
Таким образом, конструкция общего запрета, предусмотренная п. 9 ст. 4 Закона, остается неизменной, хотя она требует существенной корректировки. Очевидно, что норма п. 9 ст. 4 Закона понимается законодателем не только как общий запрет противоправного поведения, который следует применять при отсутствии специального запрета на конкретный вид недобросовестной конкуренции, а как некое общее определение термина недобросовестной конкуренции, в которое нужно включить всю возможную информацию.
Представляется, что назначение общих запретов, содержащихся в п. 2 ст. 10-bis Парижской конвенции и в п. 9 ст. 4 Закона о защите конкуренции, состоит в факультативном обращении к ним судов и антимонопольных органов в тех случаях, когда вновь появляющиеся "проделки" недобросовестных конкурентов "обходят" специальные запреты, содержащиеся в ст. 14 Закона и других законах, т.е. законодатель не "поспевает" за противоправной "изобретательностью" предпринимателей. Конечно, в распоряжении судов имеется, например, норма ст. 10 ГК РФ, содержащая запрет на злоупотребление правом <17>, но в случаях обращения к ней судебная практика, как правило, применяет данную норму в системном толковании с нормой п. 9 ст. 4 Закона.
--------------------------------
<17> См.: Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 2.

В п. 16.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 февраля 2011 г. N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" указывается, что в ст. 14 Закона о защите конкуренции приведен открытый перечень действий, являющихся недобросовестной конкуренцией. При этом при анализе вопроса о том, является ли конкретное совершенное лицом действие актом недобросовестной конкуренции, подлежат учету не только указанные законоположения, но и положения ст. 10-bis Парижской конвенции <18>.
--------------------------------
<18> Вестник ВАС РФ. 2011. N 5.

Прежде всего хотелось бы обсудить вопрос, какой вид поведения должна представлять недобросовестная конкуренция по российскому закону.
По мнению О.А. Городова, "наличие действия хозяйствующего субъекта или группы лиц как характеристика акта недобросовестной конкуренции означает, что такой элемент поведения, как бездействие, не может приниматься в расчет при квалификации конкуренции в качестве недобросовестной" <19>. Аналогичную позицию занимает В.И. Еременко, который полагает, что "недобросовестной конкуренцией могут признаваться только действия, бездействие хозяйствующих субъектов (например непредставление контрагенту необходимой информации о продаваемом товаре) не охватывается понятием недобросовестной конкуренции" <20>.
--------------------------------
<19> Городов О.А. К понятию недобросовестной конкуренции // Конкурентное право. 2011. N 1. С. 14 - 21.
<20> Еременко В.И. Соотношение интеллектуальной собственности и недобросовестной конкуренции // Конкурентное право. 2014. N 3. С. 13 - 25. Также см.: Скляр Р.В. Недобросовестная конкуренция: понятие и общая характеристика // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. N 2. С. 11 - 23.

Поскольку отечественная традиция склонна ограничивать судебное усмотрение при применении общих запретов и, тем более, в практике антимонопольных органов, такая позиция авторов отражает реалии нашей правовой системы.
При этом следует иметь в виду, что абсолютно противоположный подход к данному вопросу содержится в нормах Парижской конвенции. Так, норма п. 2 ст. 10-bis Конвенции не ограничивает недобросовестную конкуренцию только действиями, указывая, что таковой является "всякий акт конкуренции". Это представляется вполне логичным, поскольку последовательно выдерживается конструкция общего запрета, а в конкретных запретах п. 3 ст. 10-bis речь идет о действиях.
Следует отметить, что в Законе Республики Казахстан от 9 июня 1998 г. N 232-1 "О недобросовестной конкуренции" под недобросовестной конкуренцией понимаются как действия, так и бездействие <21>.
--------------------------------
<21> URL: http://www.pavlodar.com/zakon/?dok=00043.

Вопрос о возможности квалификации некоторых видов бездействия в качестве конкретных актов недобросовестной конкуренции требует отдельного рассмотрения. Речь может идти об умышленном непредставлении хозяйствующим субъектом (умолчании, сокрытии) существенной информации, в результате чего приобретатель является введенным в заблуждение в отношении товара или деятельности хозяйствующего субъекта.
В § 5a Закона ФРГ о недобросовестной конкуренции 2004 г. содержится запрет на такой вид недобросовестной конкуренции, как "введение в заблуждение путем бездействия": "...при оценке вопроса о том, является ли вводящим в заблуждение умолчание о факте, в частности, должны приниматься во внимание его значение для коммерческого решения согласно обычаям коммерческого оборота и пригодность умолчания для влияния на решение. Недобросовестно действует тот, кто оказывает влияние на способность потребителей принимать решения в смысле абзаца 2 § 3 тем, что он скрывает информацию, которая в конкретном случае, с учетом всех обстоятельств, включая ограничения средства коммуникации, является существенной... Существенной в смысле абзаца 2 также считается информация, которую нельзя скрывать от потребителя на основании регламентов Европейского сообщества или согласно предписаниям по трансформации директив Европейского сообщества для коммерческой коммуникации, включая рекламу и маркетинг" <22>.
--------------------------------
<22> URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/text.jsp?file_id=126202.

Данный вопрос поднимает другую важную тему несовершенства российского Закона: отсутствие в его нормах, посвященных недобросовестной конкуренции, даже упоминания о целях защиты прав потребителей (приобретателей). В общем запрете п. 9 ст. 4 Закона говорится лишь о причинении или способности причинения убытков другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесении вреда их деловой репутации. Поэтому существенным недостатком данного Проекта является отсутствие в общем определении недобросовестной конкуренции фигуры потребителя (приобретателя) в качестве субъекта защиты от недобросовестной конкуренции.
Обсуждение этого вопроса приводит к еще более важной проблеме - определению целей Закона о защите конкуренции. Представляется, что в числе целей данного Закона (норма п. 2 ст. 1) должно быть указание не только на обеспечение защиты конкуренции, но и обеспечение прав и законных интересов конкурирующих субъектов и потребителей, иных участников рынка и интересов общества в рыночной экономике.
Вопрос о роли потребителя в конкурентной борьбе давно поднимался в литературе. Как отмечал Г.Ф. Шершеневич, "общественная идея конкуренции состоит в том, что обеспечение личного существования со стороны каждого хозяйства ведет к наилучшему обеспечению интересов общества... Среди торговых представителей открывается ожесточенная борьба перед потребителями. Каждое предприятие стремится привлечь к себе и отвлечь от другого возможно большее число потребителей" <23>.
--------------------------------
<23> Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. СПб., 1908. С. 109.

По мнению А.И. Каминки, "цель конкуренции - ознакомление публики с разного рода товарами. Прибегая к распространению ложных фактов при осуществлении конкуренции, в конечном счете нарушаются интересы самих предпринимателей, так как потребители одного являются производителями другого" <24>. А.Ю. Юданов полагает, что конкуренция - это борьба фирм за ограниченный объем платежеспособного спроса потребителей, ведущаяся ими на доступных сегментах рынка <25>. Стоит согласиться с мнением экономистов, что "при конкуренции покупатели - это хозяин, рынок - их агент, а предприятия - их слуги" <26>. Аналогичное суждение содержится и в зарубежной правовой литературе. Конкуренция характеризуется как "усилия двух или более сторон, действующих независимо друг от друга, с тем, чтобы завладеть клиентурой третьей стороны путем предложения товаров на более выгодных условиях" <27>.
--------------------------------
<24> См.: Каминка А.И. Очерки торгового права. СПб., 1911. С. 151.
<25> Юданов А.Ю. Конкуренция: теория и практика. М., 1998. С. 12.
<26> Макконнелл Кэмпбелл Р., Брю Стенли Л. Экономикс. М.: Изд-во "Республика", 1993. Т. I. С. 95.
<27> Chevalier F. Unfair Competition // Industrial Property in Asia and the Pasific. 1988. N 22. P. 41.

Отрадно, что в рамках четвертого антимонопольного пакета в ст. 4 Закона о защите потребителей вводится понятие "потребитель" - юридическое лицо или физическое лицо, приобретающие товар.
Таким образом, законодательство о защите конкуренции, включая нормы о недобросовестной конкуренции, должно быть нацелено на эффективное функционирование социально ориентированной рыночной экономики, а не на обеспечение исключительно частных эгоистических интересов конкурентов. Тогда "встанут на свои места" и конкретные вопросы нормотворчества, в том числе такие, как признание противоправными некоторых бездействий, а также упоминание потребителей в качестве субъектов защиты от недобросовестной конкуренции. При этом в наших упомянутых предложениях, разумеется, речь не идет о существенном "расширении сферы действия" законодательства о защите конкуренции и недобросовестной конкуренции и "поглощении" норм о защите прав потребителей.
Что касается такого признака недобросовестной конкуренции, как противоречие законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, то хотелось бы отметить следующее.
Ссылка в конструкции общего запрета на противоречие законодательству, учитывая отечественную нормативистскую традицию, является понятной, но абсолютно бесполезной, поскольку специальные нормы о запрете недобросовестной конкуренции, содержащиеся как в Законе о защите конкуренции, так и в других законах (например в ГК, в Законах о рекламе, о подготовке и проведении в Российской Федерации чемпионата мира по футболу FIFA 2018 г., Кубка конфедераций FIFA 2017 г. <28> и др.), будут применяться в силу наличия данных запретов. Учитывая сложившуюся практику, законодатель и правоприменители вряд ли откажутся от включения в общее понятие ссылки на противоречие законодательству.
--------------------------------
<28> См.: ст. 20 Федерального закона от 7 июня 2013 г. N 108-ФЗ "О подготовке и проведении в Российской Федерации чемпионата мира по футболу FIFA 2018 года, Кубка конфедераций FIFA 2017 года и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СЗ РФ. 2013. N 23. Ст. 2866.

Что касается указания в общем запрете п. 9 ст. 4 Закона на противоречие недобросовестной конкуренции обычаям, а также требованиям добропорядочности, разумности и справедливости, то обсуждение этого вопроса имеет весьма важное значение для конструкции общего запрета.
Как указывалось, в п. 2 ст. 10-bis Парижской конвенции речь идет о противоречии "честным обычаям".
Если обратиться к полному тексту п. 2 § 3 Закона ФРГ против недобросовестной конкуренции, то в нем содержится следующий общий запрет: "Коммерческие действия в отношении потребителей недопустимы в любом случае, если они не соответствуют действующей для предпринимателя профессиональной добросовестности и способны чувствительно ограничить способность потребителя к принятию решений на основании информации и побудить его, таким образом, к коммерческому решению, которого бы он в противном случае не принял. При этом следует руководствоваться средним потребителем или, если коммерческое действие адресуется определенной группе потребителей, средним членом этой группы. Точкой зрения среднего члена группы потребителей, которая в силу психических или физических недугов, возраста или легковерия нуждается в особой защите и является однозначно идентифицируемой, надлежит руководствоваться, если предприниматель может предвидеть, что его коммерческое действие касается только этой группы" <29>.
--------------------------------
<29> URL: http://www.wipo.int/wipolex/en/text.jsp?file_id=126202.

Как видно, важная роль в немецком Законе отводится понятию "профессиональная добросовестность", под которой понимается "стандарт профессиональных знаний и добросовестности, в отношении которого по справедливости можно считать, что предприниматель, в соответствии с требованиями доброй совести, соблюдает его в своей сфере деятельности по отношению к потребителям с учетом обычаев рынка (п. 7 ч. 1 § 2 Закона).
Следует отметить, что добросовестность выступает важнейшим общим правовым принципом. В соответствии с п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Согласно п. 2 ст. 6 ГК РФ при невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справедливости.
Конструкция нормы п. 1 ст. 10 ГК РФ существенно расширила применение принципа добросовестности, понимая под злоупотреблением правом не только шикану, действия в обход закона с противоправной целью, но также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. При этом в соответствии с п. 5 ст. 10 ГК добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.
В законодательстве ряда зарубежных стран в качестве критерия злоупотребления правом выступает несоответствие осуществления прав моральным принципам доброй совести, добрых нравов, честности. Так, ст. 2 Швейцарского гражданского уложения предусматривает, что "при осуществлении прав и исполнении обязанностей каждый должен поступать по доброй совести" <30>. Аналогичное положение содержится в § 826 Гражданского кодекса Германии: "кто умышленно причинит вред другому способом, противным добрым нравам, тот обязан возместить ему этот вред" <31>. И.Б. Новицкий, исследовавший понятие "добрая совесть", отмечал, что ее смысл заключается в соблюдении принципа верности договору, уважения договорного соглашения, соблюдения данного слова. Однако принцип доброй совести необходимо отличать от принципа добрых нравов, так как добрая совесть - это предел (граница) поведения одного лица. Добрые нравы - "это вылившиеся вовне, объективизировавшиеся в практике данного общества представления этого общества о благе, порядочности, а также условные правила общественного благоприличия" <32>. Эти принципы в праве многих государств заложены в правовую конструкцию акта недобросовестной конкуренции.
--------------------------------
<30> См.: Швейцарское гражданское уложение 1907 г. / Пер. К.М. Варшавского. Петроград, 1915.
<31> Савельев В.А. Гражданский кодекс Германии. История, система, институты. М.: Юрист, 1994. С. 84; Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Т. 1. М.: Международные отношения, 1995. С. 220 - 241.
<32> Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права. СПб., 1916. С. 63, 68.

Таким образом, по существу, в норме п. 9 ст. 4 Закона указание на принципы добросовестности и разумности вполне согласуются с нормами ГК РФ. Конструкция общего запрета может содержать положение о том, что недобросовестная конкуренция противоречит добросовестности и разумности при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности с учетом сложившихся обычаев.
В Проекте также предлагается дополнить Закон о защите конкуренции дополнительными статьями <33>, устанавливающими запреты на отдельные виды недобросовестной конкуренции, в частности такие, как: 1) дискредитация; 2) введение в заблуждение; 3) некорректное сравнение; 4) недобросовестная конкуренция, связанная с использованием результатов интеллектуальной деятельности; 5) недобросовестная конкуренция, связанная с приобретением и использованием исключительных прав на средства индивидуализации; 6) недобросовестная конкуренция, связанная с созданием смешения; 7) использование деловой репутации другого хозяйствующего субъекта; 8) недобросовестная конкуренция путем дезорганизации деятельности хозяйствующего субъекта (его работников); 9) незаконное получение, использование, разглашение информации, составляющей коммерческую или иную охраняемую законом тайну. По существу, это новый, весьма содержательный раздел, посвященный данному правонарушению. Ряд научных и практических вопросов, связанных с конкретными запретами, требует отдельного детального рассмотрения.
--------------------------------
<33> В Проекте предлагается дополнить Закон о защите конкуренции новыми девятью статьями (ст. 14.1 - 14.9).

ЛИТЕРАТУРА

1. Chevalier F. Unfair Competition // Industrial Property in Asia and the Pasific. 1988. N 22. P. 41.
2. Roubier P. Theorie generale de Faction en concurrence deloyale // Revue trimestrielle de droit commercial et de droit economique. 1948. P. 541.
3. Волков А.В. Недобросовестная конкуренция и злоупотребления доминирующим положением на рынке как формы злоупотребления правом // Законность. 2009. N 11. С. 31 - 35.
4. Городов О.А. К понятию недобросовестной конкуренции // Конкурентное право. 2011. N 1. С. 14 - 21.
5. Городов О.А. Недобросовестная конкуренция: теория и правоприменительная практика. М.: Статут, 2008. 216 с.
6. Еременко В.И. Правовое регулирование конкурентных правоотношений в России и за рубежом: Дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2001. С. 151.
7. Еременко В.И. Соотношение интеллектуальной собственности и недобросовестной конкуренции // Конкурентное право. 2014. N 3. С. 13 - 25.
8. Каминка А.И. Очерки торгового права. СПб., 1911. С. 151.
9. Кинев А.Ю. Современные проблемы административно-правовой защиты от недобросовестной конкуренции // Актуальные проблемы российского права. 2013. N 6. С. 679 - 688.
10. Макконнелл Кэмпбелл Р., Брю Стенли Л. Экономикс. М.: Изд-во "Республика", 1993. Т. I. С. 95.
11. Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права. СПб., 1916. С. 63, 68.
12. Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации // Вестник ВАС РФ. 2009. N 2.
13. Основы германского и международного экономического права: Учеб. пособие / Х.И. Шмидт-Тренц, Ю. Плате, М. Пашке и др. СПб., 2007. С. 616 - 640.
14. Саватье Р. Теория обязательств. М.: Прогресс, 1972. С. 335.
15. Савельев В.А. Гражданский кодекс Германии. История, система, институты. М.: Юрист, 1994. С. 84.
16. Скляр Р.В. Недобросовестная конкуренция: понятие и общая характеристика // Имущественные отношения в Российской Федерации. 2014. N 2. С. 11 - 23.
17. Цвайгерт К., Кетц Х. Введение в сравнительное правоведение в сфере частного права. Т. 1. М.: Международные отношения, 1995. С. 220 - 241.
18. Чудинов О.Р. Виды недобросовестной конкуренции в соответствии с гражданским правом Франции // Российский юридический журнал. 2011. N 2. С. 83 - 93.
19. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. М., 2003. Т. 2. С. 105.
20. Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. СПб., 1908. С. 109.
21. Юданов А.Ю. Конкуренция: теория и практика. М., 1998. С. 12.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑