• Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных

Последние новости:
03.09.2019

Законопроект "О внесении изменения в статью 1 Федерального закона "О противодействии коррупции" призван устранить сложившуюся правовую неопределенность в сфере бюджетного законодательства, предусматривающего зачисление конфискованных денежных средств, полученных в результате совершения коррупционных правонарушений. Между тем, само понятие "коррупционное правонарушение" в настоящее время отсутствует в законодательстве.

21.08.2019

Принятие законопроект "О внесении изменений в статью 2.6.1 КоАП РФ" позволит владельцу автомобиля своевременно получить информацию о совершенном правонарушении водителем его транспортного средства, освободиться от ответственности согласно ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП РФ, воспользоваться возможностью уплаты административного штрафа со скидкой предусмотренной ст. 32.2 КоАП РФ, своевременно выявлять несанкционированное использование регистрационного знака своего автомобиля другим транспортным средством.

14.08.2019

Целью законопроекта является устранение правовой коллизии между Федеральным законом "О деятельности по приему платежей физических лиц, осуществляемой платежными агентами" и бюджетным законодательством. Его реализация позволит избежать споров о необходимости использования специального банковского счета в соответствии с Федеральным законом.

Уголовно-процессуальное право

Уголовно-процессуальное право

Современное понимание уголовно-процессуального права опирается в основном на научные представления, сформированные еще в советский период. Несмотря на некоторые редакционные различия, во многих учебниках даются однотипные определения уголовно-процессуального права. Например, К.Ф. Гуценко определяет уголовно-процессуальное право как "совокупность норм, правил поведения, санкционированных государством и предназначенных для регламентации производства по уголовным делам". Эта совокупность норм "регламентирует приемлемый, с точки зрения обеспечения прав и свобод человека и гражданина, интересов общества и государства порядок реализации установленных уголовным законом правил".

П.А. Лупинская писала, что уголовно-процессуальное право - "это социально обусловленная система выраженных в законе правил (норм), регулирующая деятельность по расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел, т.е. правил правовой процедуры, в которой реализуется назначение уголовного судопроизводства". И далее, определяла понятие нормы уголовно-процессуального права как "записанное в законе обязательное правило, содержащее указание на основания и условия его применения, субъектов регулируемых отношений, их права и обязанности, санкции за неисполнение обязанности или нарушение запрета". Подобные определения имеются и во многих других учебниках.

В некоторых учебниках понятие уголовно-процессуального права раскрывается, например, через предмет и метод правового регулирования и описание источников уголовно-процессуального права. Есть учебники, где уголовно-процессуальное право характеризуется лишь через общее описание роли и социального значения этой отрасли права без четкого и ясного определения самого понятия права. Можно предположить, что авторы учебников по уголовному процессу не придают самому понятию уголовно-процессуального права сколько-нибудь серьезного значения, очевидно, полагая его достаточно ясным, не требующим специального и детального анализа при изучении в юридическом вузе данной дисциплины. Многие категории, которыми пользуется процессуальная наука для описания уголовно-процессуального права, действительно остаются общепризнанными и не вызывают особых научных дискуссий. В учебниках тема "Уголовно-процессуальное право" чаще всего раскрывается практически однообразно, включая такие дидактические единицы, как понятие права, предмет и метод регулирования, понятие правовой нормы, ее структура и особенности, виды правовых норм, источники уголовно-процессуального права, особенности их действия во времени, в пространстве и по кругу лиц.

Уголовно-процессуальное право больше нельзя определять только как систему норм, "установленных законом" или "установленных или санкционированных государством".

Понятие уголовно-процессуального права существенно расширяется. Это происходит, во-первых, за счет включения в него общепризнанных норм и принципов международного права и международных договоров, ратифицированных Российской Федерацией; придание этим нормам приоритетного значения перед законом, если положения последнего противоречат нормам международного права (ч. 4 ст. 15 Конституции РФ). Во-вторых, сферу действия уголовно-процессуального права и, соответственно, его объем существенно расширяет признание государством верховенства ценности прав человека и принятие государством обязанности признавать, соблюдать и защищать эти права и свободы (ст. 2 Конституции РФ), а также обеспечивать и защищать их в уголовном судопроизводстве (ст. 6 УПК РФ). В-третьих, современная Конституция РФ впервые получает возможность прямого применения, особенно в части, определяющей права и свободы человека (гл. 2), воспринявшей основные положения естественного права и придавшей им нормативное закрепление.

Из этого следует, что теперь при определении уголовно-процессуального права необходимо включать в него всю совокупность норм, устанавливаемых не только законом или иными источниками, признаваемыми национальным государством, но и неопределенный, неформализованный объем норм уголовно-процессуального права, выработанный и признанный международным правом и продолжающий развиваться самостоятельно и независимо от развития национального законодательства.

Совершенно особую роль при этом приобретают и нормы естественного права. Изначально естественное право формулировалось как идеи прав, принадлежащих человеку от рождения, и потому не требующих специального признания их государством или закрепления в том или ином нормативном акте. Однако в XX веке происходит признание основных прав и свобод человека на международном уровне, повлекшее нормативное оформление и закрепление их в актах международного права. В области определения основных прав и свобод человека позитивное и естественное право интегрируют и обретают общую нормативную форму. Теперь эти нормы, определяющие основные права и свободы человека, также становятся неотъемлемой частью уголовно-процессуального права, независимо от того, каким образом они закрепляются в национальном законодательстве, и закрепляются ли вообще.

Нельзя не учитывать специфику этой группы уголовно-процессуальных норм. Во-первых, нормативное закрепление получают только основные права и свободы человека. Это свидетельствует о том, что их список не закрыт, не включенные в список права и свободы продолжают существовать в их естественной форме и остаются неотчуждаемыми.

Во-вторых, основные права и свободы человека в силу своей естественной природы не могут быть сформулированы с достаточной полнотой и четкостью, охватывая все возможные варианты их проявления. По своей природе они связаны с субъективным миром человека, переживанием им своего права или своей свободы. В этом смысле важно понимание таких правовых идей, как "человек - мера всех вещей" или "право - это мера моей свободы", "свобода одного человека не может быть в ущерб свободе другого человека". Поэтому основные права и свободы человека получают в международных актах лишь рамочное регулирование, а реальным содержанием эта рамка наполняется уже в процессе использования человеком своих прав и свобод и применения такой нормы.

Следовательно, в уголовно-процессуальном праве возникает принципиально новое явление, когда правовая норма перестает быть статичной, данной государством в неизменной формулировке. Норма постоянно развивается, уточняется и детализируется. Причем происходит это не только по воле законодателя, но и по воле участника процесса, защищающего свои права посредством "живой" правоприменительной практики в тесной связи с реальными и уникальными обстоятельствами дела, требующими уточнения правовой нормы.

Современное уголовно-процессуальное право не может быть понято лишь из текста той или иной статьи или совокупности норм, установленных в законе, или даже суммы его источников, установленных или санкционированных государством. "Линейное" правопонимание опирается на текст отдельных статей закона и даже их совокупность, но не дает возможности сформулировать норму права и правовое регулирование ситуации в полном объеме. Такое понимание уголовно-процессуального права должно быть дополнено, расширено и, по сути, качественно изменено. Применительно к уголовно-процессуальному праву в современной ситуации требуется "объемное" правопонимание. Оно должно опираться на понимание правовой нормы и права в целом как "разворачивающейся перспективы объемного правового регулирования".

В условиях динамического характера уголовного судопроизводства объем правового регулирования всякий раз зависит от конкретных обстоятельств той ситуации, к которой применяется право. Если ситуация очевидна и банальна, ее правовое регулирование может быть ограничено лишь нормой, зафиксированной в тексте одной или нескольких статей УПК. Например, в случае неявки свидетеля без уважительных причин следователь вправе применить принудительный привод этого свидетеля (ст. 79, ст. 113 УПК РФ). В ч. 6 ст. 113 УПК РФ указано, в отношении кого не может быть применен принудительный привод: это несовершеннолетние, беременные, больные.

Органы дознания, получившие поручение следователя о производстве принудительного привода, сталкиваются с ситуацией, когда женщина, подлежащая приводу в качестве свидетеля, отказывается выполнять постановление следователя и требования должностных лиц потому, что у нее новорожденный ребенок. Ребенка не с кем оставить, и по его состоянию она не может ехать с ним на допрос. Подлежит ли она приводу? В тексте ч. 6 ст. 113 УПК РФ нет такого основания для освобождения ее от принудительного привода. Но в тексте УПК нет и прямого предписания, какие действия были бы правомерны в такой ситуации.

Такого рода "нестандартные" ситуации требуют "разворачивания перспективы объема правового регулирования". В данном случае объем правового регулирования, установленный ст. 113 УПК, следует увеличить, включив в него еще ряд правовых положений, чтобы получить правовую норму, применимую в возникшей ситуации. Так, из ст. 6 УПК РФ следует правозащитная, а не карательно-репрессивная природа современного уголовно-процессуального права, в силу чего уголовное судопроизводство одним из своих назначений имеет защиту личности от незаконного или необоснованного ограничения ее прав и свобод (п. 2 ч. 1 ст. 6). Из ст. 2 Конституции РФ следует, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а их признание, соблюдение и защита - обязанность государства. Из ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации следует, что государство признает естественную природу происхождения основных прав и свобод человека, считая их неотчуждаемыми и принадлежащими каждому от рождения. А ст. 38 Конституции РФ устанавливает, что материнство, детство и семья находятся под защитой государства и забота о детях является и правом, и обязанностью родителей.

Такое "объемное" понимание правового регулирования позволяет найти правовую основу, сформировать правопонимание для принятия решения или совершения правомерного действия в нестандартной процессуальной ситуации. Понимая весь объем правового регулирования именно данной конкретной ситуации, должностное лицо вправе воспользоваться в данном случае положением ч. 3 ст. 113 УПК РФ и незамедлительно уведомить следователя о наличии причин, препятствующих явке. Следователь, в свою очередь, получает возможность правильно оценить ситуацию, признав и эту причину неявки уважительной и освобождающей лицо от принудительного привода.

В УПК РФ содержится много положений, в которых правовая норма формулируется с использованием оценочных понятий, требующих или предполагающих усмотрение должностного лица. Нередко в практике такое усмотрение мотивируется только одним: внутренним убеждением. Сама отсылка к внутреннему убеждению как основанию для принятия решения свидетельствует о неумении отыскать правовую основу в силу непонимания системности права правоприменителем.

В настоящее время уголовно-процессуальное право становится перманентно развивающимся и уже нельзя рассматривать его как "неподвижную", раз и навсегда данную совокупность правовых норм. Само право теперь уже не может быть понято в полной мере вне правоприменительной практики. Правовое регулирование и правоприменительная практика в единстве и взаимопроникновении позволяют выявить, во-первых, полный объем правового регулирования.

Во-вторых, ориентируют правоприменителя на ситуативный подход при отыскании правовой нормы. Правоприменитель больше не может ограничиваться только линейным пониманием текста УПК, формально-догматически применяя его ко всем случаям практики. Он обязан учитывать индивидуальные аспекты дела, индивидуальные требования участников процесса по вопросам, касающимся обеспечения и защиты их основных прав и свобод, если по этим вопросам уже есть правовые нормы, выработанные и сформулированные во всей совокупности источников уголовно-процессуального права.

В-третьих, правоприменитель обязан учитывать возможность влияния самого участника процесса на уточнение или изменение правового регулирования. Это порождает необходимость включать в понимание уголовно-процессуального права не только закономерные, общие и повторяющиеся основания для его развития и совершенствования, но учитывать также случайные, единичные основания, порожденные действиями участников процесса в конкретном деле, когда они отстаивают свои права и свободы, и их требования признаются Конституционным Судом РФ или ЕСПЧ. Проблема соотношения закономерного и случайного в понимании, формировании уголовно-процессуального права и его применении также требует самостоятельного исследования.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:
↑